Официальные извинения    1   4316  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    90   9375  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    421   24182 

О реальности идеального

1

В советской философии проблема «идеального» была наиболее

полно разработана в трудах Э. Ильенкова и Мих. Лифшица. До сих

пор продолжаются дискуссии о единстве и различии в понимании

«идеального» этими философами. Среди ученых, в том числе относящих

себя к последователям Мих. Лифшица и Э. Ильенкова, бытует представ-

ление о некоем существенном различии в понимании категории «иде-

ального» у этих двух выдающихся мыслителей.

С. Н. Мареев в своей книге про Ильенкова полемизирует с понимани-

ем идеального у А. Ф. Лосева и Мих. Лифшица: «Если идеальное — не-

телесно, то отсюда не следует, что все нетелесное идеально. Ведь не-

телесны всякие физические поля, нетелесен свет. Вообще тело — это,

строго говоря, только механическая реальность»1. Речь здесь идет об

идеально сти или неидеальности законов природы, ведь эти законы

невещественны. Критикуя лосевское понимание закона природы как

идеи, как идеального, С. Н. Мареев почему-то счел необходимым по-

кинуть область философии и перенести дискуссию в рамки предмета

физики. В этой науке, между прочим, бытует представление о сущест-

вовании двух видов материи: вещества и поля. Представление это лож-

но — поскольку некритически, формально переносит деление науки

физики на деление ее объекта — физической материи. В действитель-

ности вещество и поле существуют не наряду друг с другом, а в нераз-

дельном единстве, или, повторяя формулу Спинозы, как два атрибута

одной и той же субстанции, в данном случае — физической материи;

это такие же всеобщие формы ее существования, как пространство и

время. У С. Н. Мареева получается, что закон природы невещественен

так же, как и ее явления — поле, свет, волна. Но закон природы — это

все-таки не явление. Кроме того, наряду с волновой теорией света су-

ществует, как известно, еще и корпускулярная теория; помимо механи-

ки тела существует еще и так называемая механика сплошных сред, тоесть полевых структур. И если бы эта механика не рассматривала газ,

жидкость, кристаллические образования как нечто сплошное (полевое,

«невещественное»), то человек никогда бы не поднялся ни в воздух, ни

в космос, не смог бы опуститься в морские глубины ни в теории (без

газо- и гидродинамики), ни на практике (без такой науки, как сопро-

тивление материалов). Непрерывность и дискретность — не свойства

разных рядоположенных объектов, а два аспекта рассмотрения одного

и того же объекта.

«Если идеальное — нетелесно, то отсюда не следует, что все нете-

лесное идеально», — пишет С. Н. Мареев2. Однако в философии это

именно так, и Мих. Лифшиц замечал по этому поводу, что идеальное

в философии диалектического материализма противостоит не матери-

альному — ибо с точки зрения этой философии ничего нематериаль-

ного нет (что также подчеркивал и Э. В. Ильенков3), — но реальному.

Это материальное не всегда реально, но не наоборот. Действительно,

Гегель замечает по этому поводу: «…часто говорят о реальности еще и

в другом смысле (первый смысл есть наличное, предметное, бытие. —

В. Л.) и понимают под ней то, что нечто ведет себя соответственно свое-

му существенному определению или своему понятию. Так, например,

говорят: это — реальное занятие или: это — реальный человек. Здесь

речь идет не о непосредственном, внешнем наличном бытии, а, ско-

рее, о соответствии некоего налично существующего своему понятию.

Но так понимаемая реальность уже более не отличается от идеаль-

ности (der idealita_t), с которой мы ближайшим образом познакомим-

ся как с для-себя-бытием»4.

Что же касается «идеальности света», то необходимо заметить, что в

философии, в отличие от физики, категория «света» так же имеет свою

специфику, как и категория «вещественности», «телесности». В Книге Бы-

тия Библии свет определяется как основа всякого божественного творе-

ния, и хотя Господь творил по слову, первым его творением был именно

свет. Почему? По той простой причине, что все остальное может быть

сотворено только в свете; во тьме что-либо определенное сотворить не-

возможно, а если и возможно, то нельзя сказать, хорошо ли творение.

Любой предмет может быть нам дан только в свете, не только в перво-

начальном смысле зрительного восприятия; отталкиваясь от этого пер-

воначального значения, свет становится символическим выражением

всеобщей способности различения объективных определенностей,

которые в потенции суть определенности мышления. «У мудрого глаза

его в голове его, а глупый ходит во тьме» — эти слова из Экклезиаста

Э. В. Ильенков приводит в письме к своему слепоглухому воспитаннику

А. В. Суворову5.

Мы согласны с С. Н. Мареевым, что любой закон идеален только как

деятельная форма (деятельная способность), что «идеальна идея зако-

на». Но это не значит, что мы считаем, что деятельная форма всегда

обладает статусом автономного субъекта, что она только наша де-

ятельная форма. «Отождествлять закон с идеей нельзя», — утверждает

С. Н. Мареев6; мы же добавим одно только слово: нельзя отождествлять

непосредственно. Непосредственно никакой закон не действителен, он

действителен только как деятельная форма, он и есть лишь как деятель-

ная форма, всякое иное понимание закона не имеет никакого смысла.

И здесь позиция С. Н. Мареева отличается от позиции А. Ф. Лосева и

Мих. Лифшица, а заодно и от позиции Платона, лишь тем, что послед-

ние признают, по выражению П. Д. Юркевича, «объективного деятеля».

П. Д. Юркевич по этому вопросу замечает: «В действительном познании

природы и в деятельности творчества и изобретения человек с жиз-

ненною необходимостью полагает и обнаруживает мышление как силу

или деятельность предметную, имеющую значимость не для нас, но

для объективной натуры вещей, и ежедневные успехи науки и искус-

ства достаточно оправдывают это поведение познающего и изобрета-

ющего человека»7. Он также отмечает, что всякая наука основывается

на предположении спинозовского тождества порядка и связи вещей

с порядком и связью идей (см. «Этика», часть 2, положение VII)8. По-

этому «нелегко перевести в мысль бытие, чуждое мысли… понять яв-

ление, которое сложилось несообразно с понятием». Поэтому «другой

субстанциальности, кроме духовной, мы не можем сделать предметом

нашего знания и мышления»9.

Интересно, что сам С. Н. Мареев замечает, что главный интерес Пла-

тона концентрируется на том, как мышление поднимается к истинно-

му, идеальному бытию. То есть он фактически утверждает, что по Пла-

тону идеальное есть истина бытия, истинное бытие. Далее, «идеальное

в мышлении проявляется прежде всего как момент отрицательности,

как чистая негация»10. Это верно, но в диалектике более важна не не-

посредственная (первая) отрицательность, но отрицательность опо-

средованная — отрицание отрицания; в противном случае мышление

срывается в дурную бесконечность отрицания, абсолютного скепсиса.

Если Мареев разделяет ту позицию Платона и Гегеля, что мышление

снимает ложное бытие, представляя его в свете бытия истинного, то

возникает вопрос: откуда в человеческом мышлении берется этот свет

истины? Нести в себе свет истины — это что: атрибутивное свойство

мозга homo sapiens или человеческой культуры? А откуда тогда берется

человек с его мозгом и культурой? Тогда он — либо творение Божие, либо сам есть аристотелевский ум-перводвигатель, не нуждающийся

в собственном движении, в собственном развитии. Человек обществен-

ный, культурный — результат своего собственного развития, но это

развитие имеет свои предпосылки — биологический вид homo sapiens.

Из биологии и антропологии известно, что этот вид есть продукт

биологической эволюции и антропогенеза (подробное философское

осмысление проблем антропогенеза можно найти в замечательной

книге М. Б. Туровского11). Рискнем предположить, что если бы ложное

бытие не представало в свете истины (отрицание), и если бы истин-

ное бытие не утверждало себя положительно (отрицание отрицания) и

до возникновения предпосылок человеческого развития, то эти самые

предпосылки так никогда бы и не возникли. Одно из двух: либо мыш-

ление и деятельность укоренены в бытии, либо человек — случайность

механических взаимодействий.

Формы культуры есть не что иное, как стилизованные человеком фор-

мы природы, хотя бы и существующие в последней до появления челове-

ка лишь потенциально (в реальной возможности). Сама по себе челове-

ческая голова никакой культурной формы создать не может, и если она

в самом бытии не может открыть света истины, если она не способна

открыть истину самого бытия, хотя бы и существующую как тенденция

его развития, то прав субъективный идеализм: истина есть только пра-

вильность, только субъективность и т. д.

Сам С. Н. Мареев утверждает, что идеальное — всегда «момент» како-

го-либо развития. Но не полагает же он, что развитие возможно только

в форме человеческой деятельности. Между прочим, в форме челове-

ческой деятельности развитие возможно только как совпадение чело-

веческой деятельности и изменения обстоятельств; в противном случае

мы имеем стихийное развитие, хотя и включающее в себя человеческую

деятельность, но не как форму своего процесса, а как подчиненный ему

момент. Если идеальное, как это утверждает Мареев, есть лишь форма

всеобщего, сущности для-нас12, то и действительными это всеобщее,

сущность, закон могут быть только для-нас.

Мы же полагаем, что как для Лифшица, так и для Ильенкова идеаль-

ное — это все-таки всеобщее для себя, в той форме, в которой форма

для другого (для нас в том числе) снята, присутствует как снятый аб-

страктный момент. Гегель в Малой Логике пишет, что «мы вообще долж-

ны понимать для себя бытие как идеальность. . . Идеальность не есть

нечто, имеющееся вне и наряду с реальностью, а понятие идеальности,

несомненно, состоит в том, что она есть истина реальности, т. е. что

реальность, положенная как то, что она есть в себе, сама оказывается

идеальностью… Идеальность, стоящая рядом с реальностью или даже

над ней, была бы на самом деле лишь пустым названием. Идеальность

обладает содержанием, лишь будучи идеальностью чего-то… основным

определением идеальности должна быть реальность, а основным определением реальности — идеальность»13. Выше мы уже отмечали, что

так думал и Мих. Лифшиц.

Основаниями для высказываний о различии в понимании идеаль-

ного, как представляется, служит абстрактное противопоставление та-

ких работ, как «Проблема идеального» Э. Ильенкова и «Об идеальном

и реальном» Мих. Лифшица14. В первой принципиально различение

«человека» — как субъекта специфически человеческой деятельности,

и «вещи вне человека» — как лишь объекта этой деятельности (включая

объективированные формы сознания). В ней утверждается абсолютная

социальность природы символьно-знаковых свойств вещей, вне зависи-

мости от того, что ими символизируется (означивается): формы обще-

ственного сознания (язык, икона и т. п.) или формы общественного бы-

тия (монеты, орудия труда и т. п.). В последнем случае важно различать

также, какие общественные отношения опосредствуются вещественно

фиксируемыми представлениями: субъект-субъектные (монета) или же

субъект-объектные (орудие труда).

Полемическая направленность этой работы Ильенкова связана с про-

тиводействием фетишизму двоякого рода: натуралистическому понима-

нию символьно-знаковых свойств вещей, с одной стороны, и понима-

нию природных форм всего лишь как воплощенных идей, как творений,

с другой.

Мих. Лифшиц не без оснований опасался, что односторонняя интер-

претация этой принципиальной позиции Ильенкова может привести

к уступкам субъективному идеализму в его социологической версии,

и поэтому в своей работе «Об идеальном и реальном» основной упор де-

лал на то, что идеальное существует в объективном мире в качестве его

естественных пределов, то есть как проявление собственной меры ве-

щей, как ее действительное подтверждение, без чего вообще невозмож-

но никакое развитие, никакое восхождение от низших форм к высшим.

Развитие у Гегеля, как верно заметил С. Чернышев, — форма существо-

вания Идеального15. Последнее положение есть, конечно, идеализм, но,

поставив ее с головы на ноги, получаем: идеальное есть атрибутивный момент развития, внутренне необходимая форма опосредования про-

цесса развития, в том числе и в его высшей форме — в форме практиче-

ского преобразования мира общественным человеком. Но здесь важно

отметить, что развивается и само идеальное (вернее, форма выражения

всеобщего)16, и есть большая разница между идеальным в процессе сти-

хийного развития и идеальным как моментом разумной субъективной

деятельности человека.

Мих. Лифшиц утверждает, что категория истины есть форма, харак-

теризующая не только мышление, но и бытие, что есть истина самих

вещей17. Для материалистического понимания идеального необходимо

материалистически прочесть высказывание Гегеля о том, что идеал есть

действительное в его высшей истине, то есть необходимо понять иде-

альное как действительность истины, как условие истинного, как один

из полюсов истины. «Можно сказать, что идеальное является признаком

истинного бытия материального»18.

Лифшиц утверждает, что недопущение Ильенковым идеального в при-

роде представляет собой определенную непоследовательность его мыс-

ли: «Ведь признает же он “всеобщее” объективной категорией, прису-

щей и природе и обществу, а идеальное есть только определенная форма

выражения всеобщего»19.

«Сказать, что в природе есть идеальное в виде “естественных преде-

лов” или сказать, что в ней каждая вещь имеет свою собственную “фор-

му и меру”, — считает Лифшиц, — одно и то же. Мысль о том, что про-

цесс исторической чувственно-предметной практики людей раскрывает

в природе ее “чистые”, не замутненные всякой случайностью объектив-

ные формы, есть мысль верная, но она совершенно не вяжется с другой

мыслью, согласно которой идеальное присуще только человеческому

миру»20.

Действительно, с точки зрения объективной истины все равно, объяв-

лять ли идеальное продуктом индивидуального или же общественного

сознания. С точки зрения материализма идеальное — всегда продукт раз-

вития материального мира. Но само развитие бывает разное, и Лифшиц

прекрасно понимает это: «Всякий идеализм состоит в насильственном

сближении реальности с тем разумным смыслом, который присутствует

в ней, но присутствует лишь потенциально как возможность развития в

природе сознательного существа, способного извлечь эту возможность

из природы и сделать ее чем-то действительным в процессе своей мате-

риальной жизнедеятельности. Без этого посредствующего звена тождество идеального и реального становится апологией мира сего, защи-

той того, что есть»21.

Что опосредствует развитие: стихия, случай или целенаправленная

деятельность человека, которая вовсе не где-то вне материальной при-

роды обретается, а есть форма развития этой природы? Есть ведь такие

«классические формы», которые никаким стихийным процессом, ника-

кой игрой случая не могут быть опосредствованы, — для этого необхо-

дим целенаправленно, сознательно действующий человек. Другое дело,

что и формы сознания, и формы цели не есть нечто внешнее приро-

де — это ее собственные формы, предвосхищенные в человеческой де-

ятельной способности. В деятельности человека действительно часто

идеальное в форме деятельной способности первично по отношению

к идеальному в форме наличного бытия предмета; но отсюда вовсе не

следует, что это идеальное производно от воли и сознания. Все обстоит

как раз наоборот: только с обретением определенной деятельной спо-

собности, мало того, только с ее реализацией в предмете деятельности,

человек обретает соответствующие формы сознания и воли. Деятельная

способность сама по себе еще не есть идеальное, идеальным она высту-

пает в форме для-себя-бытия, то есть в форме самосознания, в форме

сознательности.

Мих. Лифшиц опасался, что односторонняя интерпретация текстов

Ильенкова может привести к непосредственному отождествлению форм

сознания с идеальными формами, то есть к впадению в грех субъектив-

ного идеализма, против которого постоянно боролся сам Э. В. Ильенков.

Такой грех порождается, как замечает Лифшиц, неизбежным преоблада-

нием в классовом обществе «отвлеченной культуры духа, оторванной от

физического труда» и противостоящей идеалу «высокой, очищенной от

грубой вещественности, но все же реальной жизни»22.

Э. В. Ильенков, по существу, утверждает, что форма представления

только тогда становится в собственном смысле идеальным образом,

когда она становится предметом субъективной деятельности человека,

и последний может отнестись к ней критически, изменить ее в соответ-

ствии с самой действительностью. Поэтому идеальное в своей высшей,

в своей собственной форме и существует только как момент такой де-

ятельности. По меткому замечанию С. Чернышева23, форма деятельно-

сти первоначально пребывает вне человека и лишь затем втягивает его

в себя, ибо, по Ильенкову (впрочем, как и по Гегелю и Марксу), «субъек-

тивная деятельность и есть постоянно длящееся отрицание наличных,

чув ственно воспринимаемых форм вещей, их изменение, их снятие

в новых формах, протекающее по всеобщим закономерностям, выра-

женным в идеальных формах»24.

Идеальные формы для человека — это прежде всего формы субъек-

тивной человеческой деятельности и только вследствие этого — фор-

мы сознания. Но формами субъективной человеческой деятельности

они являются только потому, что они суть выражение всеобщих форм

самой действительности и как таковые только и могут быть формами

субъективной человеческой деятельности. Спиноза в доказательстве по-

ложения LII части 4 «Этики» говорит, что «истинная способность к де-

ятельности у человека… есть сам разум, который человек созерцает ясно

и отчетливо»25. Субъективная человеческая деятельность есть высшая

форма развития объективного мира, сама она есть продукт его разви-

тия, просыпающийся в нем дух. Человеческое сознание, как не раз под-

черкивал Мих. Лифшиц, есть не что иное, как сознанное бытие, при-

чем сознанное бытие человека, ибо никаким иным бытием последний

не обладает. Но человеческое бытие в его истине состоит в том, что он

всю природу превращает в свое неорганическое тело, вследствие чего ее

(природы) собственные чистые, всеобщие формы обретают предикаты

субъективности, то есть для себя действительности. Человеческая

природа — это природа в ее истинности, конечно, при истинном пони-

мании самого «человеческого». Но человеческое бытие действительно

прежде всего как субъективная человеческая деятельность, она и являет-

ся первичным зеркалом, отражающимся в зеркале вторичном, в зерка-

ле сознания. И если Ильенков называет идеальное «аспектом культуры»,

то при этом под «культурой» он понимает не что иное, как «всеобщее

в человеке». «Всеобщая “сущность человека” поэтому реальна только как

культура, как исторически складывающаяся и эволюционирующая со-

вокупность всех специфически человеческих форм жизнедеятельности,

как их полный ансамбль»26.

Односторонняя интерпретация тезиса Мих. Лифшица о существова-

нии идеального в природе в качестве ее естественных пределов, в свою

очередь, способна привести к другой крайности, бывает ведь и объек-

тивный идеализм. Сам Лифшиц замечал: «Исходной аксиомой марксиз-

ма является убеждение в том, что идеальное есть лишь переведенное на

язык человеческой головы материальноеѓ_8ЂTV»27. Этот перевод на язык челове-

ческой головы осуществляется не в голове, а в самой действительности;

последняя, только будучи переведена на язык человеческой головы, мо-

жет быть «пересажена» в эту голову и преобразована в ней. Другое дело,

как понимать «человеческую голову», мышление.

Критикуя точку зрения абстрактного созерцания, то положение

К. Грюна и прочих «истинных социалистов», которое требует от индиви-

да осознания своего единства с миром как способа снятия его действи-

тельной разорванности, Мих. Лифшиц замечает: «Маркс все же хорошо

понимал, что этот мир становится для человека “своим” не в силу простого акта нашей созерцательной способности, а в результате длитель-

ной практической борьбы. Распредмечивание действительности, ли-

шение ее грубо-вещественной формы само по себе есть материальный

процесс — процесс опредмечивания субъективных сил и способностей

человека»28.

Рассматриваемая проблема напрямую связана с вопросом о предмете

философии, а таким предметом и для Ильенкова, и для Лифшица непо-

средственно выступает как раз мышление, идеальное. Когда С. Н. Мареев

пишет, что для спасения понимания «идеального» Ильенковым от об-

винений в субъективизме Лифшиц считал необходимым сделать зай-

мы у Гегеля, у которого идеальное существует объективно, он странным

образом не замечает того, что весь критический пафос статьи Лифши-

ца «Об идеальном и реальном» направлен как раз против той позиции

Гегеля, согласно которой «всеобщее есть мысль и только мысль»29. Как

отмечает Ильенков, «у Гегеля лишь всеобщее имеет привилегию “отчуж-

даться” в формах особенного и единичного, а единичное оказывается

тут лишь продуктом, лишь частным, а потому бедным по составу “моду-

сом” всеобщности»30.

Критикуя такое понимание всеобщего, Ильенков отмечает, что в исто-

рии и не только человечества с его культурой всегда происходит так, что

явление, которое впоследствии становится всеобщим, вначале возника-

ет именно как единичное исключение «из правила» (но такое единичное,

которое есть продукт не личного произвола, «не личной изобретатель-

ности, а личного умения чутко схватывать всеобщую необходимость»).

«. ..История имела бы весьма мистический вид, если бы все новое в ней

возникало разом.. . как “общее” для всех без исключения, как внезапно

воплощающаяся “идея”.. .»31

Выше уже отмечалось, что идеальное, понимаемое как выражение

всеобщего, есть момент любого развития. Гегель же, согласно и Лифши-

цу, и Ильенкову, признает «подлинное развитие» только за мышлением,

а мир реально телесных вещей рассматривает как мир сосуществующих,

рядоположенных образований32.

Предрассудок идеализма, что всеобщее есть только мысль, содержит

в себе то рациональное зерно, что для человека всеобщее выявляется

и фиксируется ближайшим образом именно в мысли. Именно посред-

ством мысли (субъективной деятельности) всеобщее дается человеку в

его чистом виде, в форме идеального. «Всеобщие формы, закономер-

ности природного материала действительно проступают, а потому и

осознаются именно в той мере, в какой этот материал уже превращен

в строительный материал “неорганического тела человека”.. . и потому всеобщие формы “вещей в себе” выступают для человека непосред-

ственно как активные формы функционирования его “неорганического

тела”.. . Та же самая деятельность, которая преобразует (изменяет, а ино-

гда и искажает) “подлинный образ” природы, только и может показать,

каков он до и без субъективных искажений»33.

Именно потому, что специфичность форм и законов мышления со-

ставляет их универсальность, «разумная онтология» возможна только

как онтогносеология, как диалектическая логика. «Там, где объектив-

ный мир, не теряя своей материально-чувственной природы, обре-

тает субъективные предикаты, наша собственная внутренняя субъек-

тивность, увлеченная его могучим влиянием, сама обретает черты

объективности»34.

Платон в пятой книге «Государства» замечает, что «вполне суще-

ствующее вполне познаваемо, а совсем не существующее совсем и не

познаваемо». То есть познаваемо лишь бытие. «Знание по своей природе

направлено на бытие с целью постичь, каково оно…» Знание же Платон

понимает именно как деятельную способность, причем самую мощную.

Способности не есть нечто вещественное, и различить их можно толь-

ко потому, «на что она направлена и каково ее воздействие». «Знание

направлено на бытие, чтобы познать его свойства». Причем по Плато-

ну, это именно совершенное («чистое») бытие, бытие же становящееся,

отягощенное небытием, есть предмет не знания, но мнения. Поэтому

знание — это созерцание вечно тождественного самому себе, существу-

ющего самого по себе35.

Отсюда следует, что не правы те, кто утверждает, что идеализм Пла-

тона заключается в отождествлении всеобщего и идеального — все-

общее у Платона идеально как одно, единое, индивидуальное, как

эйдос, как образец. Идеализм здесь заключается в другом, а именно —

в утверждении, что так понимаемое идеальное невозможно усмотреть

в окружающем человека мире реальных вещей, что оно составляет

другой — трансцендентный нашему миру вещей — мир подлинного

бытия, истины бытия. Поэтому и познание Платон понимает как вос-

поминание36, ибо, только освободившись от тела, человеческая душа

становится причастной миру эйдосов, и только так она способна их

познать. Первый мир есть лишь объект наших чувств, второй мы мо-

жем только мыслить: «Мы говорим, что те вещи можно видеть, но не

мыслить, эти же, напротив, можно мыслить, но не видеть»37. Вот в этом

абстрактном, абсолютном противопоставлении чувства и мысли, чув-

ственного и мыслимого в конечном счете и заключается идеализм во всех его разновидностях, но вовсе не в признании объективного по-

люса идеального, объективности идеального.

Идеальное, понимаемое как деятельная способность, как деятель-

ная форма, и возможно только в единстве его объективного и субъ-

ективного полюсов. Интересно, что при обосновании этого единства

Платон использует аналогию со светом, о которой уже шла речь в на-

чале: «Немаловажным началом связуются друг с другом зрительное

ощущение и возможность зрительно восприниматься; их связь цен-

нее всякой другой». Речь идет о единстве субъективной способности

воспринимать и объективной способности восприниматься, только

такое един ство суть деятельная способность. Такая связь в данном

примере есть свет. И только потому, что благо, по Платону, — единство

мыслящего и мыслимого, способности мыслить и способности быть

мыслимым, здесь возникает аналогия со светом. «Чем будет благо

в умопостигаемой области по отношению к уму и умопостигаемому,

тем в области зримого будет Солнце по отношению к зрению и зри-

тельно воспринимаемым вещам»38. Свет, таким образом, рассматри-

вается как подобие (образ) идеального в чисто философском, но не

в физическом смысле.

Видеть предмет в сиянии дневного света или же в ночи — большая

разница. «Считай, что так бывает и с душой: всякий раз, когда она уст-

ремляется туда, где сияют истина и бытие, она воспринимает их и по-

знает, что показывает ее разумность. Когда же она уклоняется в область

смешения с мраком, возникновения и уничтожения, она тупеет, стано-

вится подверженной мнениям, меняет их так и этак, и кажется, что она

лишилась ума… Так вот, то, что придает познаваемым вещам истинность,

а человека наделяет способностью познавать, это ты и считай идеей бла-

га — причиной знания и познаваемости истины»39.

Таким образом, идеальное есть то, что опосредует способность по-

знавать и способность быть познанным, способность мыслить и спо-

собность быть мыслимым, это их тождество — тождество бытия и

мышления, бытия и знания. Идеальное — то, в чем (в свете чего) светится

истина или полнота (подлинность, совершенство) бытия. Платон гово-

рит далее: «Считай, что и познаваемые вещи не только могут познавать-

ся лишь благодаря благу, но оно дает им и бытие, и существование, хотя

само оно не есть существование, оно — за пределами существования,

превышая его достоинством и силой». Идеализм здесь лишь в «за преде-

лами существования»; если же сказать, что идеальное — предел сущест-

вования — актуальная бесконечность, то здесь никакого идеализма не

будет. «В том, что познаваемо, идея блага — это предел, и она с трудом

различима, но стоит только ее там различить, как отсюда напрашивает-

ся вывод, что именно она — причина всего правильного и прекрасного.

В области видимого она порождает свет и его владыку, а в области умопостигаемого она — сама владычица, от которой зависят истина и раз-

умение, и на нее должен взирать тот, кто хочет сознательно действовать

как в частной, так и в общественной жизни»40.

Схватить в становлении бытие, в конечном — бесконечное; в этом, как

представляется, и заключается суть диалектической способности, мыш-

ления, делающего своим предметом собственные предпосылки, себя

самого. Поэтому именно абстрактное (чисто рассудочное) противопо-

ставление бытия и становления, мыслимого и чувственного приводит

к тому, что любой идеализм в конечном счете всегда изменяет диалек-

тике. «Как глазу невозможно повернуться от мрака к свету иначе, чем

вместе со всем телом, так же нужно отвратиться всей душой от всего

становящегося: тогда способность человека к познанию сможет выдер-

жать созерцание бытия и того, что в нем всего ярче, а это, как мы ут-

верждаем, и есть благо»41. Идеализм не желает различить в становлении

бытие, он их абстрактно противопоставляет, раздувает относительное

преимущество бытия в абсолют, тем самым выступая как противостоя-

щий развитию консервативный фактор, не понимая, что бытие нужда-

ется в относительном небытии и что, не будь последнего, не было бы и

примата бытия. Он отказывает в понимании бытия как становления, как

единства с небытием.

О значении объективного полюса идеального говорит и Гегель: «Мыш-

ление в сознании абсолютного своего права быть свободным упорно

полагает, что оно примирится хотя бы и с превосходным содержанием

лишь постольку, поскольку последнее сумеет сообщить себе форму, кото-

рая вместе с тем наиболее достойна и самого этого содержания, — фор-

му понятия, необходимости, которая связывает все и вся, связывает как

содержание, так и мысли и именно этим делает их свободными». И да-

лее. «Сказать, что в мире есть рассудок, разум, равнозначно выражению:

объективная мысль. Но это выражение неудобно именно потому, что

слово мысль слишком часто употребляется в значении того, что принад-

лежит лишь духу, сознанию, а слово объективное употребляется обычно

в значении недуховного… Во избежание недоразумений лучше не упот-

реблять выражения мысль, а говорить: определение мышления»42.

Возвращаясь к определению идеального как для себя всеобщего, необ-

ходимо заметить: именно отсюда следует, что идеальное в своей высшей

форме возможно только в мире человека. Так, у Гегеля только человек

есть для себя всеобщее: «Человек есть мыслящее существо и есть всеоб-

щее; но он есть мыслящее существо лишь постольку, поскольку для него

существует всеобщее. Животное есть также в себе всеобщее, но всеоб-

щего как такового для животного не существует, для него всегда есть лишь

единичное. Животное видит лишь единичное… Чувственное ощущение

также имеет дело лишь с единичным (эта боль, этот приятный вкус

и т. д.). Природа не доходит до осознания (нус); только человек удваивает себя таким образом, что он есть всеобщее для всеобщего». И далее:

«…духовная жизнь отличается от природной и, более определенно, от

животной жизни тем, что она не остается в своем в-себе-бытии, а есть

для себя»43.

Лифшиц замечает, что необходимо различать два термина, использу-

емые Марксом: «ideelle» и «ideale». Первый означает нечто, существую-

щее лишь в «голове», второй — то в материальном, что пересаживается

в человеческую голову и преобразуется в ней. Когда Ильенков говорит

об «идеальности» денежной формы стоимости у Маркса, то речь у него

везде идет об «идеальности» в первом значении: «разве действитель-

ные талеры существуют где-либо, кроме представления». «Под Ideelle

Гегель имеет в виду то, что существует так сказать в плане развития, но

еще не определилось, не является самобытием, но существует для ума…

речь здесь идет о предвосхищении будущего развития определенной

реальности. Это предвосхищение по идее уже налицо, но реально не

существует»44. Можно сказать, что «ideelle» — это такой момент развития,

когда нечто существует только через свое инобытие и не достигло еще

момента себетождественности бытия.

Действительно, Гегель четко различает указанные категории. Так, в па-

раграфе 95 «Малой Логики» он замечает: «Im Fu_rsichsein ist die Bestimmung

der Idealita_t eingetreten. Das Dasein Zunna_chst nur nach seinem

Sein oder seiner Affirmation aufgefasst, hat realita_t (§ 91), somit ist anch

die Endlich reit Zunachst in der Bestimmung der Realita_t. Aber Wahrheit des

Endlichen ist vielmehr seine Idealita_t. Ebensosehr ist anch das Verstandes —

Unendliche, welches, neben das Endliche gestellt, selbst nur eins der beiden

Endlichen ist, im unwahres, ein ideelles45. («В для-себя-бытии выступает

определение идеальности. Наличное бытие, взятое ближайшим об-

разом лишь со стороны его бытия или его утвердительности, обладает

реальностью (§ 91), и следовательно конечность также ближайшим об-

разом выступает в определении реальности. Но истину конечного со-

ставляет, наоборот, его идеальность. И точно так же бесконечное рас-

судка, которое ставится им рядом с конечным, само есть одно из двух

конечных, есть неистинное, идеальное»46).

Ideelle есть нечто, существующее лишь «по идее» («в-себе, т. е. соглас-

но понятию»47), лишь в плане возможного развития, лишь как потенция

или, наоборот, как уже идеализованная, ассимилированная конкретно-

стью абстрактная определенность. Ideelle — такое идеальное, которое

не есть реальное, но абстрактно противостоит последнему. Это — лишь

в-себе-бытие, нечто, не достигшее еще своей истины или для-себя-бытия,

такое бытие, которое скорее есть небытие, то есть не есть еще истинное бытие. Это не значит, что ideelle есть нечто плохое (ведь и субъективная

человеческая мысль обозначается этим термином), но значит, что оно

весьма противоречиво. Движущим принципом всякого развития явля-

ется влечение из в-себе-бытия в для-себя-бытие. Ничто не может стать

реальным, не пройдя стадии идеальности (ideelle) и не достигнув порога

реальности (ideale).

«Движение понятия есть, напротив, развитие, посредством которого

полагается лишь то, что уже имеется в себе. В природе ступени поня-

тия соответствует органическая жизнь. Так, например, растение раз-

вивается из своего зародыша. Последний содержит в самом себе уже

все растение, но идеальным образом, и мы не должны понимать его

развитие так, будто различные части растения… уже существуют в за-

родыше реально, но только в очень малом виде. Недостаток этой так

называемой гипотезы включения состоит, следовательно, в том, что то,

что пока имеется лишь идеально, рассматривается как уже существую-

щее», — то есть как сущая определенность — реальность48. Зародыш, как

растение по идее, имеет свои особенности только в себе. Это особен-

ное «полагается лишь тогда, когда зародыш раскрывается, что должно

рассматривать как суждение о растении. Этот пример… может сделать

для нас ясным, что ни понятие, ни суждение не находится только

в нашей голове и не образуются лишь нами. Понятие есть то, что жи-

вет в самих вещах, то, благодаря чему они суть то, что они суть, и по-

нять предмет означает, следовательно, осознать его понятие»49. Здесь

опять-таки понятие — переведенное на язык человеческой головы ма-

териальное, предметное бытие, но «язык человеческой головы» — язык

самой объективной реальности. Поэтому противоположностью объек-

тивного является вовсе не вообще субъективное, понятие, но лишь субъ-

ективное, нечто сущее лишь для субъекта, лишь по идее (ideelle), так,

например, растению противостоит зародыш как растение, объективная

(собственная всеобщая и необходимая) определенность которого еще

не суще ствует реально; точно так же конкретная полнота определений

мысли о предмете противостоит еще не развитой совокупности опре-

делений мысли, еще не истинным абстракциям.

Все, что живет, есть в какой-то степени ideelle, причем в двух смыс-

лах: оно находится в развитии, в бесконечном движении становления

и, во-первых, есть нечто, что еще только возможно будет, а во-вторых,

в нем самом в снятом виде живет нечто, ранее достигшее известной сте-

пени самобытия. Так, в современных классических литературе и изоб-

разительном искусстве живут древнегреческий эпос и пластика, и толь-

ко поэтому они до сих пор живы и сами по себе, то есть они остались

для нас ideal, потому что ideelle присутствуют в художественной мысли,

в духовно-практической деятельности современного человека. И на-

оборот, они присутствуют там ideelle, только потому, что сами по себе они — ideal. Когда говорят, что знаки духовной культуры, взятые сами

по себе, — только ideelle, то здесь для них слишком много чести: взятые

в отрыве от культуры, от ideale, они уже даже и не ideelle, но лишь мерт-

вая предметность — нечто лишь вещественное, вещное.

Таким образом, не только лишь то может стать для-себя, что первона-

чально было в-себе, но и всякое для-себя может быть сохранено только

в снятии самого себя, только в дальнейшем развитии. Для того чтобы

ideale не превратилось «в покинутую духом» мертвую форму культуры,

оно должно принять определение ideelle.

Мы видим, таким образом, что ideelle выступает также в значении че-

го-то несамостоятельного, снятого в том, что более конкретно, в некоей

целостности, тотальности, полноте того, что есть лишь момент. Так, Ге-

гель замечает, что в единстве лейбницевской монады «всякое различие

существует лишь как идеальное, несамостоятельное. Ничто не прони-

кает в монаду извне, она есть в себе целиком все понятие, отличающееся

большей или меньшей степенью собственного развития»50. То же самое

относится и к живому организму: «Ничто не проявляется в нем как са-

мостоятельное, каждая определенность есть в то же время и идеальное…

в животном организме внеположенность его частей обнаруживается во

всей своей неистинности». Идеальностью (в смысле ideelle) Гегель назы-

вает снятие внешности, принадлежащее понятию духа: только через это

возвращение в себя, «через эту идеализацию, или ассимиляцию, внеш-

него дух становится духом и есть дух»51.

В Малой Логике есть место, в котором Гегель употребляет термин

«ideelle» одновременно в обоих его значениях: в значении «потенции»

и в значении «снятого». Он говорит об абсолютной идее, что «она есть

свое собственное содержание, поскольку она есть идеальное разли-

чение самой себя от себя»52. И все развитие, по Гегелю, заключается

в том, что абсолютная идея полагает то, что она есть в-себе — свое соб-

ственное саморазличение, а затем снимает его, в результате чего она

теперь знает себя как саму себя, знает свое собственное содержание.

Но именно этот момент снятия, негации только и делает абсолютное

действительно абсолютным в отличие от первоначальной абстракции

абсолютного.

Мы уже говорили выше, что для Гегеля идеальное (ideale) или идеаль-

ность (idealita_t) означают истину реального, а эта истина как идея есть

«единство идеального и реального»53 («Ideellen und Reellen»54). Это озна-

чает также, что реальность в своем развитии стремится к своей высшей,

идеальной (ideale) форме, а идеальное (ideelle) в развитии должно стать

реальным, обрести реальность.

Помимо идеального как еще нераскрывшегося или уже снятого мо-

мента некоторой целостности, полноты, некоторого самобытия, Гегель

употребляет термин «ideelle» и для характеристики природы того, что

содержит в себе свои моменты, как и моменты своего становления в

снятом (несамостоятельном, положенном) виде. Так, в частности, он ха-

рактеризует чувствующую душу при переходе ко второй части антропо-

логии в «Философии духа» своей «Энциклопедии философских наук»:

«…хотя душа не имеет еще никакого сознания об этой своей идеальной

природе, она, тем не менее, представляет собой идеальность, или отри-

цательность, всех многообразных видов ощущений, которые, по-види-

мому, существуют в ней каждое для себя и безразличны по отноше-

нию друг к другу»55.

Для Гегеля быть снятым означает прежде всего быть переведенным в

форму мысли, вернее, в мысленную форму, в ideelle; а поскольку всякая

действительная философия имеет непосредственным предметом своего

исследования именно такие формы, формы мысли как таковые (формы

мысли в виде мысленных форм), то, по Гегелю, всякая действительная

философия есть идеализм: «Положение о том, что конечное идеально

(ideelle. — В. Л.), составляет идеализм. Философский идеализм состо-

ит только в том, что конечное не признается истинно сущим… Перво-

начала (Prinzipien) древних или новых философских учений — вода,

или материя, или атомы — суть мысли, всеобщее, идеальное (ideelle. —

В. Л.), а не вещи… в их чувственной единичности… Назвав только что

принцип, всеобщее, идеальным, еще с большим правом должно назвать

идеальным (ideelle) понятие, идею, дух». Но так понимаемые понятие,

идея, дух есть то, чему противостоят единичное и особенное, единич-

ные чувственные вещи как самостоятельно сущие. «Когда говорят об

идеальном, имеют в виду прежде всего форму представления, и идеаль-

ным называют то, что вообще имеется в моем представлении или

в понятии, в идее, в воображении и т. д., так что идеальное вообще

признается и фантазиями — представлениями, которые, как предпола-

гают, не только отличаются от реального, но по своему существу не ре-

альны… В простоте “Я” такого рода внешнее бытие лишь снято, оно для

меня, оно идеально во мне»56.

«Идеальное (ideelle) есть конечное, как оно есть в истинно бесконеч-

ном… не есть нечто самостоятельно сущее, а дано как момент». Поэто-

му ideale, имеющему, как это замечает Гегель, более определенное значе-

ние (прекрасного и того, что к нему относится), а относится к нему, как

это мы представляем, истина и благо, здесь еще и не место57. А где место

ideale? «Телеология вообще обладает более высоким принципом — по-

нятием в своем существовании, каковое понятие в себе и для себя есть бесконечное и абсолютное, — принцип свободы», абсолютно лишен-

ный внешней определенности58.

Выше уже говорилось, что идеальное есть определенное выражение

всеобщего; однако есть всеобщее и всеобщее: «Такое всеобщее, под ко-

торое только подводится [единичное], есть нечто абстрактное, стано-

вящееся конкретным лишь в чем-то ином, в особенном. Напротив, цель

есть конкретное всеобщее, имеющее в самом себе момент особенности

и внешней проявленности; оно поэтому деятельно и есть побуждение

отталкивать себя от самого себя». «Конкретное понятие — равное само-

му себе всеобщее»59.

Почему именно с рассмотрением телеологического процесса возни-

кает необходимость в использовании понятия «ideale» — «идеальное»,

в противоположность «ideelle» как лишь «идеализованному» (лишь

мысленной определенности), хотя Гегель нигде в «Учении о понятии»,

в «Субъективной логике» не использует термин «ideale», предпочитая

говорить не об «идеальном», но об «идее»? Да потому, что понятие здесь

становится для-себя-бытием; потому что отрицательное отношение

целесообразной деятельности к объекту есть «переход объективно-

сти в самой в себе в цель», или, что то же самое, «перевод понятия,

суще ствующего отчетливо как понятие, в объективность» — слияние

«понятия с самим собой через самого себя»; потому что «содержание

цели и есть это тождество, существующее в форме тождественно-

го»; потому что «объективная цель не только в себе остается равной

себе, но и существует как то, что остается равным себе»; потому что

телеология есть «становление уже ставшего… в ней обретает сущест-

вование уже существующее»60. Гегель, правда, называет такое понятие,

которое как для-себя-сущее тождество отличное от своей в-себе-сущей

объективности, тем не менее в этой внешней целокупности есть са-

моопределяющее ее тождество, не идеальным — ideale, а идеей, но мы

можем сказать, что идея здесь есть не что иное, как идеальное (ideale)

понятие, поскольку это все-таки «Наука логики», а в логике идеальное

является предметом исследования именно как идея, причем как идея

в абстрактной стихии мышления, или как «изображение бога, каков он

в своей вечной сущности до сотворения природы и какого бы то ни

было конечного духа»61; «идея, в себе и для себя истинное, есть по су-

ществу своему предмет логики». «Идея есть адекватное понятие, объ-

ективно истинное или истинное, как таковое. Если что-либо истин-

но, оно истинно через свою идею, иначе говоря, нечто истинно лишь

поскольку оно идея»62.

Э. В. Ильенков, критикуя определение Д. И. Дубровским «идеального»

как любого психического состояния отдельной личности, как любого со-

стояния ее сознания вне зависимости от его объективности, от его отно-

шения к истине, писал: «…философия, как особая наука, разрабатывала

и разработала категорию “идеального” именно в связи с проблемой ис-

тинности… Проблема идеальности всегда была аспектом проблемы объ-

ективности (“истинности”) знания»63. Но истина, в том числе и у Гегеля,

имеет не только гносеологический, но и онтологический статус: «…все

действительное есть лишь постольку, поскольку оно имеет внутри себя

идею и выражает ее (таким образом идеальность есть не что иное, как

мера действительности. — В. Л.)… Реальность, не соответствующая поня-

тию, есть просто явление, нечто… случайное, произвольное, что не есть

истина»64. «Вот эта-то своеобразная категория явлений, обладающих осо-

бого рода объективностью, т. е. совершенно очевидной независимостью

от индивида с его телом и “душой”, принципиально отличающейся от

объективности чувственно воспринимаемых индивидом единичных ве-

щей, и была когда-то “обозначена” философией как идеальность этих яв-

лений, как идеальное вообще». Поэтому непосредственно отождествлять

ideale с ideelle, с тем, что существует не на самом деле, а только в вооб-

ражении, можно только в рамках, по словам Э. В. Ильенкова, однобокого

эмпиризма Локка, Беркли, Юма и т. д., теснейшим образом связанного со

средневековым номинализмом, утверждающим «будто “на самом деле”

существуют лишь отдельные, единичные, чувственно воспринимаемые

“вещи”, а всякое всеобщее есть лишь фантом воображения, лишь психи-

ческий феномен»65. А отсюда уже недалеко до субъективной абстракции

мыслимой формы и бесформенной материи66.

«Бытие достигло значения истины, поскольку идея есть единство по-

нятия и реальности; бытием обладает теперь, следовательно, лишь то,

что есть идея… В том, что действительные вещи не совпадают с идеей,

выражается их конечность, неистинность, в соответствии с чем объек-

ты определяются механически, химически или внешней целью» 67.

Итак, идеальное есть совершенная объективность, всеобщая еди-

ничность или индивидуальная всеобщность. Гегель называет действи-

тельной индивидуальностью соотносящееся с собой для-себя-бытие.

«Род… всеобщность имеет действительность в образе единичности;

это — понятие, реальность которого имеет форму непосредственной

объективности»68.

«Мышление, дух, самосознание суть определения идеи, поскольку она

имеет своим предметом самое себя и поскольку ее наличное бытие, т. е. определенность ее бытия, есть ее собственное отличие от самой себя».

Идеальное отражается как идеальное. Да и вообще отражается только

отражаемое, то есть идеальное в предмете, если, конечно, не понимать

отражение механистически. В доказательстве положения II части 3 «Эти-

ки» Спиноза утверждает, что «все состояния (модусы) мышления имеют

причиной Бога, поскольку он есть вещь мыслящая, а не поскольку он

выражается другим атрибутом»69.

«В-себе-сущее (ideelle. — В. Л.) выступает лишь как нечто субъек-

тивное, иначе говоря, оно лишь положено в определении понятия, но

в силу этого еще не таково в себе и для себя… Идея есть для себя сущее

понятие и бесконечное всецело внутри себя…» Несколько упрощая,

можно сказать, что ideelle есть действительность как идея, как только

мыслимая действительность, как лишь ее абстрактная определенность,

а ideale — идея как абсолютная действительность или действитель-

ная идея. Или еще, необходимо различать ideale как форму мышления

и ideelle как лишь мысленную форму. «Предмет, каков он без мышле-

ния и без понятия, есть некоторое представление или даже только

название; лишь в определениях мышления и понятия он есть то, что

он есть»70.

Гегель начинал свою «Логику» с абстрактного непосредственного бы-

тия и в итоге пришел к абсолютной идее, которая единственно лишь

есть бытие71. Движение вперед было бы чем-то лишним, «если бы то,

с чего начинают, уже было поистине абсолютным; движение вперед со-

стоит скорее в том, что всеобщее определяет само себя и есть всеоб-

щее для себя, т. е. точно так же есть единичное и субъект. Лишь в сво-

ем завершении оно абсолютное». Таким образом, «Логика» Гегеля есть

историческая теория или теоретическая история развития идеального

как идеи. «Метод есть чистое понятие, относящееся лишь к самому себе;

поэтому он простое соотношение с собой, которое есть бытие»72.

Э. В. Ильенков замечает: «Несомненно, что “идеальное”, понимаемое…

как всеобщая форма и закон существования и изменения многообраз-

ных, эмпирически-чувственно данных человеку явлений… в своем “чис-

том виде” выявляется и фиксируется только в исторически сложившихся

формах духовной культуры, в социально значимых формах своего вы-

ражения…»73. Эта мысль Ильенкова не означает, что, во-первых, всякая

социально значимая или культурная форма — идеальная форма, и во-

вторых, что идеальное — это только аспект культуры, что оно сущест-

вует только в обществе. Всякий подлинный аспект культуры, — замечал

Мих. Лифшиц, идеален74, но обратная мысль отнюдь не верна.

Нельзя согласиться с Э. В. Ильенковым, что идеальность — это «свое-

образная печать, наложенная на вещество природы общественно-че-

ловеческой жизнедеятельностью»75. Любую вещь можно преобразовать

только в соответствии с ее собственной внутренней логикой, логикой ее

развития. Природа — не воск, ее нельзя месить, как тесто. И здесь не име-

ет значения, идет ли речь об общественном или индивидуальном: как

сказал однажды Маркс, воля народа так же мало может выйти за пределы

законов разума, как и воля отдельного человека, а разум, по словам того

же Маркса, существовал всегда, только не всегда в разумной форме76.

Представляется правомерным говорить об идеальности вещей как об

их символьно-знаковой функции. Но символическая функция вещи —

в противоположность ее знаковой функции, для которой объективная

форма вещи более безразлична, — всегда опирается на объективную

идеальность вещи, не зависящую от человека с его деятельностью, его

сознанием и волей. «Когда материальная субстанция факта становится

ничтожной по сравнению со всеобщей нагрузкой, которую он несет,

перед нами начало языка и мышления… Дальнейший вопрос — каким

образом осуществляется уравнение того и другого (факта и его всеоб-

щего смысла. — В. Л.). Есть разница между простым внешним знаком

всеобщего содержания и более жизненным подобием, определяющим

своеобразие всей художественной сферы». В художественном произве-

дении, пишет далее Мих. Лифшиц, отражается то, что само имеет свой-

ство отражаемости. «Для диалектической теории отражения роль зер-

кала начинается в самом объективном мире. Истина — не только мера

соответствия нашей идеи предмету (veritas cognitiva), она также прежде

всего мера соответствия предмета самому себе, его идентичности (veritas

objectiva). Чтобы узнать что-нибудь, нужно определить, то ли это на

самом деле, что нам представляется… равно ли истинное государство

своим существенным признакам, или оно еще не достигло равенства

себе? Только то, что определилось в развитии на своей собственной

основе, что, возвращаясь к себе, подтверждает свое бытие, только это

объективное содержание обладает достаточной зеркальностью и может

сказаться, видеться, слышаться в образах искусства77.

Почему, как выразился С. Н. Мареев, Лифшиц считал необходимым

сделать займы у объективного идеализма, у Гегеля, Шеллинга, Платона

и Аристотеля? Вот как об этом говорил сам Лифшиц: «Идеализм явля-

ется реакционным мировоззрением (в последнем счете), но в истории

философии до Маркса и Энгельса идеалисты развивали субъективную,

деятельную сторону, иначе — диалектический метод, а старый мате-

риализм неизбежно носил ограниченный, метафизический характер»78. Одно из двух: либо деятельная форма существует только в общественном

развитии, а следовательно, диалектика применима только к обществен-

ным процессам, и мыслить можно только общественные формы; либо

диалектика, деятельная форма универсальна, а стало быть универсальна

необходимая (атрибутивная) категория диалектики — категория идеаль-

ного. Мистика не в том, чтобы вне человека существовали деятельные

формы, а в том, что деятельные формы присущи исключительно чело-

веку, ибо в последнем случае только мистически можно объяснить их

рождение.

Э. В. Ильенков, как известно, сам считал себя спинозистом. Но, по

Спинозе, любую вещь, а не только вещь мыслящую, можно рассматри-

вать как под атрибутом протяжения, так и под атрибутом мышления, то

есть под атрибутом закона ее порождения, развития, формы полноты ее

бытия. Таким образом, любую вещь можно рассматривать как деятель-

ную способность. В противном случае либо немыслящие вещи не суб-

станциальны, либо мышление не есть атрибут субстанции — иного не

дано. И здесь не помогут заверения в том, что социальная материя — это

тоже материя79.

С. Н. Мареев пишет, что идеальное в мышлении проявляется прежде

всего как момент отрицательности, как чистая негация; без этого нет

идеального, нет мышления и нет диалектики80. Но о какой отрицатель-

ности идет речь? Если эта отрицательность носит абстрактный характер,

то мы имеем здесь то, что молодой Лифшиц в несколько экспрессив-

ной форме назвал «диалектикой дураков». «Между тем “отрицательное”

и есть элемент движения, а “положительное” воспроизводит… исходное

положение на высшей ступени». Здесь имеет место кругообразный ритм

поступательного движения. Истинное, конкретное положительное ут-

верждает себя в отрицании отрицания, и нет большей разницы между

пределом полноты и конкретности отрицания отрицания и пределом

абстрактного выравнивания всех потерь в бесконечном развитии. В ре-

ализации отрицания отрицания в данных конкретных масштабах, а не

в отдаленной перспективе, Лифшиц видит основание такого понятия,

как «классика»81.

Вот что пишет по данному вопросу Гегель: «Только что рассмотренная

отрицательность составляет поворотный пункт в движении понятия.

Она простой момент отрицательного соотношения с собой, глубочай-

ший источник всякой деятельности, живого и духовного самодвижения,

диалектическая душа, которая все истинное имеет в самом себе и че-

рез которую оно только и есть истина; ведь единственно лишь на этой

субъективности основывается снятие противоположности между по-

нятием и реальностью и [их] единство, которое есть истина. — Второе отрицательное, отрицательное отрицательного, к которому мы пришли, есть указанное снятие противоречия, но оно, точно так же как про-

тиворечие, не есть действие некоторой внешней рефлексии; оно сокро-

веннейший, объективнейший момент жизни и духа, благодаря которому

имеет бытие субъект, лицо, свободное». Это второе отрицательное Гегель

называет также «абсолютной отрицательностью»82. В этом смысле иде-

альное можно характеризовать как абсолютно положительное.

Но вернемся к диалектике идеального у Ильенкова. Мих. Лифшиц

заметил, что, говоря о деятельности общественного человека, Ильен-

ков опускает различение между ideelle и ideale. Об этом различии за-

бывать нельзя, без него нет конкретного понимания идеального. Но

в том то и дело, что только в деятельности общественного человека

(для уточнения добавим: именно в такой деятельности, которая со-

впадает с развитием, которая есть развитие) идеальное и выступает

во всей своей конкретной полноте, в единстве ideale и ideelle. Такого

единства действительно нет в дочеловеческой природе, оно возможно

только в культурно-исторической практике, однако — не в любой чело-

веческой деятельности и не в любом социальном процессе, но только

в сознательной и свободной.

комментарии - 28
Александр Турчин 13 апреля 2015 г. 23:49:01

Владимир, вы молодец, хорошо пишите... "Об этом различии забывать нельзя...", глубоко копаете и занимаетесь, действительно, философией, а не какой-нибудь бердяевщиной, как другие (им несть числа)... Рад за вас. Удачи!

Александр Турчин 14 апреля 2015 г. 0:00:28

Виноват, не то процитировал. Нужно было: от слов "Но в том-то и дело..." до слова "практике". "идеальное и выступает во всей своей конкретной полноте, в единстве..."! Глубоко копаете. К
онкретно!

Ирина 24 апреля 2015 г. 20:45:04

Очень печально, что из всей статьи хороши, хотя и не бесспорны, только два последних предложения. А тема ведь очень важная, онтологическая. Так и хочется спросить у Вас, Владимир, - а для Вас стало ли идеальное реальностью? Обрело ли оно явь в Вашей жизни?

Destry 28 мая 2016 г. 21:35:58

Wonderful exlionatpan of facts available here.

Macco 30 мая 2016 г. 12:32:47

That's a smart way of thinikng about it. http://eipxueux.com [url=http://jidonzbh.com]jidonzbh[/url] [link=http://bvzqygccd.com]bvzqygccd[/link]

Rope 31 мая 2016 г. 11:37:44

Finding this post has <a href="http://qjdagofjv.com">aneserwd</a> my prayers

Deejay 31 мая 2016 г. 18:15:31

No more s***. All posts of this quitaly from now on http://fcugfkdau.com [url=http://nkbtix.com]nkbtix[/url] [link=http://vldropctt.com]vldropctt[/link]

ThomasCloky 23 апреля 2017 г. 9:54:07

0.о Долго я ждал


-------
<a href=http://avtoladagood.ru>http://avtoladagood.ru</a> | <a href=http://xn----7sbbagmgoc8bze5h.xn--p1ai/>http://звезда-алтая.рф</a>

Alfredprora 25 апреля 2017 г. 9:01:11

Реализовать всяческий продукции на положительных положении на стартовое число истраченного длительности сможет лишь знающий плюс пригодный специалист, каковой понимает все нюансы вербования покупателя также реализации разной очертания фабриката, собственно есть для Вас надобный проинформированный продажник. Работник двухкомпонентных опций совершает различные операции, те что только лишь разрешено увидеть в промышленной рынке, действуя в просчитанной стратегии, Вы свободно попробуете заслужить такой же победы, когда действуете именно на планомерном сервере. Интернет сайт полинарных опций <a href=http://binary-options-info.ru/vidy-opcionov/option-call/prodazha-opciona-koll.html>продажа опциона пут используется для</a>, показывает абонентам огромный страницу, что представляет теорию с дбютантов, публикации про прибыле касательно компонентных усмотрении, перспективы преимуществ, задача, бонусы также денежные средства, опцион на продаж еще и важные разделы, которые посодейтсвуют клиентам мгновенно освоить сферу уникального сбережения финансов с содейтсвием полинарных пунктов. Заходите указанный http://binary-options-info.ru/ извещательный портал и находитесь на курсе свежих фактов испеченных средств прибыли.

Willietox 25 апреля 2017 г. 22:08:45

Прошу прощения, ничем не могу помочь, но уверен, что Вам обязательно помогут. Не отчаивайтесь.


-----
<a href=http://continent-telecom.com/virtual-number-czech-republic>http://continent-telecom.com/virtual-number-czech-republic</a>

JamesGem 25 апреля 2017 г. 22:23:40

Не очень!


-----
<a href=http://virtual-local-numbers.com/countries/65-australia.html>http://virtual-local-numbers.com/countries/65-australia.html</a>

EllisHom 25 апреля 2017 г. 22:35:32

супер) улибнуло))


-----
<a href=http://european-yachts.com/en/>http://european-yachts.com/en/</a>

GeorgeBic 25 апреля 2017 г. 22:54:13

Прошу прощения, что вмешался... Я разбираюсь в этом вопросе. Давайте обсудим. Пишите здесь или в PM.


-----
<a href=https://www.facebook.com/europeanyachts/>https://www.facebook.com/europeanyachts/</a>

Edgarfax 3 мая 2017 г. 22:25:34

Осматривать свежие турнирные эфиры на презентованном источнике пользователь будет без необходимой фиксирования также оплаты систематически, обозначая личную уважаемую коллектив в первому спорту, волейболу, шайбовые турниры, настольному теннису, лыжах также различных известных типах пользователь сумеет найти прямые публикации встреч благодаря строку поиска собственно на главной странице. На странице <a href=http://hdstreams.ru/basketbol/>http://hdstreams.ru/basketbol/</a> презентованы разделы: эфирные публикации, изменения спортивных графиков, съемки, ставки, грядущие турниров, где пользователь может оценить отряд, день показа, предстоящие турнира, анализ знатоков также схемы значимых матчей. Презентованный источник регулярно следит за всяческими новостями у спортивных отряде плюс быстро облицовывает уведомления, наблюдение к тому же известия про прошедших встречах, с нами Вы постоянно сумеете исследовать сенсации в мире спорта затем оставаться в курсе окончательных известий.

BernardCox 3 мая 2017 г. 22:54:16

Наверняка, что потенциальный пользователь увлечен каким- существующим физическими упражнениями , также наверняка обожает глядеть над выпусками физических соревнованиях , и также особыми состязаниями, чемпионатом плюс выступлением между командами, осуществлять просмотры, прочитывать известия , и ставить анализ ценитель сумеет на данному веб-сайте игровых передачи <a href=http://streamsport.org/tv-online/47489-match-tv.html>http://streamsport.org/tv-online/47489-match-tv.html</a> . Определенно на странице повседневно передают спортивные события в сокере, ледовых поединках, командный баскетбол, командный волейбол, двоеборье, боксу, пинпонг, кольцевые автоперегоны один и иных видах, что идут в онлайн формате, также открыты специально на данном сайте. Надзирать в спортивных событиях через наш онлайн- сайте очень сподручно, мы представлен сверхбыстрый и обычный интерфейс, со опорой которого всякий может найти надобный категорию матча, также зайти к интересующий страницу. Прослеживайте игры, смотрите результаты и показы вживую параллельно с презентованным ресурсом безвоздмездных веб эфиров.

Brandonsoymn 12 мая 2017 г. 22:11:42

It is similar to it.


-----
<a href=https://crazyboost.pro/lol/leveling>LoL Coaching</a>

WalterHip 13 мая 2017 г. 13:33:53

Я считаю, что Вы не правы. Давайте обсудим это. Пишите мне в PM, пообщаемся.


-----
<a href=http://master-climat.com.ua/heat/infrakrasnye-obogrevateli>http://master-climat.com.ua/heat/infrakrasnye-obogrevateli</a>

Антон 29 июня 2019 г. 8:37:02

Перезвоните мне пожалуйста по номеру 8(953)367-35-45 Антон.

Антон 2 июля 2019 г. 8:38:03

Перезвоните мне пожалуйста по номеру 8(967)572-19-85 Антон.

Антон 27 июля 2019 г. 2:03:06

Перезвоните мне пожалуйста по номеру 8(999)529-09-18 Антон.

Мой комментарий
captcha