Подписка на Общую и Специальную теорию глобализации - двухтомник М.Г.Делягина "Конец эпохи: осторожно, двери открываются!"    0   243  | Официальные извинения    2   5411  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    90   11749 

Об экзистенциальном пространстве русской литературы

 18836  366534

Экзистенциальное направление начало складываться в русской культу­ре в XIX веке, когда позиции религии, церкви, пастырского богословия ста­ли заметно ослабевать, а человечес­кий интерес к предельным вопросам бытия не собирался угасать и требо­вал удовлетворения. В этих условиях на писателей, философов, ученых-гуманитариев оказалась возложена часть тех духовных, путеводительских обязанностей, которые должны были выполнять священнослужители-про­поведники.

Культурное пространство

антиномии

«Бог умер — Бог жив»

 Экзистенциальное направление начало складываться в русской культу­ре в XIX веке, когда позиции религии, церкви, пастырского богословия ста­ли заметно ослабевать, а человечес­кий интерес к предельным вопросам бытия не собирался угасать и требо­вал удовлетворения. В этих условиях на писателей, философов, ученых-гуманитариев оказалась возложена часть тех духовных, путеводительских обязанностей, которые должны были выполнять священнослужители-про­поведники.В ХХ веке западные либеральные теологи заговорили о необходимос­ти научиться рассуждать о Боге и вере на языке современного мира, то есть. на общепонятном, преиму­щественно секулярном языке, до­ступном всем, даже очень далеким от христианства людям. Но ведь именно эту задачу еще в XIX веке довольно успешно решала русская литература. Она уже тогда владела искусством доводить высокие рели­гиозно-экзистенциальные смыслы до умов и душ обычных людей. И де­лала она это посредством не эзо­терического богословского языка, а через понятный всем язык худо­жественных образов. Когда, напри­мер, автор «Братьев Карамазовых» говорил о Боге и смысле человече­ского существования языком секу-лярного мира, то его слышали даже те, кто еще не удосужился открыть Новый Завет и был глух к прямым воззваниям церковных проповед­ников, академических богословов и религиозных философов.1В той части совокупного русско­го художественного текста, которая окрашена в экзистенциальные тона, важное место занимают два комп­лекса крупных вопросов. Оба они связаны с исторической динамикой распространения секуляризма как массового безверия. Первый — это ансамбль вопросов безрелигиозно­го существования человека в рели­гиозном мире. Второй — вопросы, касающиеся религиозной жизни личности в безрелигиозном окру­жении. Эти и многие другие примы­кающие к ним вопросы требовали для их осмысления значительных духовных усилий и немалых интел­лектуальных затрат.

Экзистенциальный провал гуманитарного сознания в идею «смерти Бога»

С позиций богословия идея «смер­ти Бога» — экзистенциальный предел, которого способно достичь чело­веческое сознание. Ее принятие оз­начает провал индивидуального «я» в бездну абсолютной духовной тьмы. Готовность защищать и отстаивать ее равнозначна падению на самое «дно» экзистенциального ада. В этом есть много такого, что напоминает смысловую конструкцию евангель­ской притчи о блудном сыне. Она богата не только экзистенциальным, но и историософским содержанием. Ведь, в сущности, все, что произошло с русским миром, русским массовым сознанием, русской гуманитарной мыслью за последние два столетия, похоже на начало истории блудного сына.

Самое примечательное в этом кризисе, оказавшемся необычайно глубоким и продолжительным, — то, что на первых порах он обернулся появлением великой литературы и уникальной философии. Эпохаль­ный духовный катаклизм сыграл роль мощного стимулирующего начала. Под его прямым давлением литерату­ра и философия предстали в качестве претендентов на духовный престол, предназначенный для пастырского слова церкви. Главным для гумани­тарного сознания стал вопрос «как человеку лучше жить: с Богом или без Бога?». В тех случаях, когда он решал­ся в пользу Бога, человеческое сущес­твование трактовалось как подлин­ное, истинное. Что же касается жизни в отдалении, отчуждении от Бога, то она чаще всего изображалась как не­подлинное существование, лишенное высшего смысла и достойного содер­жания.

Художественно-философская мысль, движущаяся вдоль этой траек­тории, рисовала разнообразные кар­тины человеческого существования, беззащитного перед различными материальными соблазнами и тем­ными демоническими искушениями. Жизнь представала наполненной не­скончаемыми тревогами и заботами, социальной злостью и агрессивной энергией, скукой и тоской, легко пе­реходящими в мысли о невыносимос­ти гнетущей пустоты и возможности самоубийства.

Сугубо атеистического крыла в русском литературно-художествен­ном экзистенциализме фактически не было. Как только художествен­ная мысль утверждалась на атеис­тических основаниях и погружа­лась в атмосферу безверия, из нее сразу же исчезала экзистенциаль­ная составляющая. С какой-то роко­вой неизбежностью литературный текст лишался требуемой степени художественности и превращался в инструмент плоской, приземлен­ной описательности самых простых форм внешней жизни — либо эгоис­тично-прагматичной, либо же ниги­листически-агрессивной. Подобные тексты лишали себя права присутс­твовать в первых рядах литератур­ных номинаций и перекочевывали во внеэкзистенциальные типологи­ческие рубрики совершенно иного свойства.

Это происходило из-за того, что оппозиция «вера — безверие» пол­ностью охватывала все мировос­приятие как писателя. Оптика веры, доверия, с одной стороны, и оптика неверия, скепсиса, сомнений, подоз­рительности, с другой, либо откры­вали перед творческой личностью ресурсы библейско-христианского духовного опыта, либо блокировали доступ к ним. В результате и худо­жественный текст либо наполнялся неисчерпаемыми богатствами этого опыта, либо, напротив, будучи отре­зан от них, представал как нечто в ду­ховном отношении крайне скудное, не способное утолять духовный го­лод читателя.

«Пушкин» Достоевского: концепция духовного скитальчества

1В очерке «Пушкин»1, прочитан­ном Достоевским 8 июня 1880 года на заседании Общества любителей российской словесности, писатель сформулировал основные пункты концепции духовного скитальчес­тва, которую можно считать фи­лософской сердцевиной русского литературно-художественного экзи­стенциализма. Попытаемся воспро­извести эту концепцию в ее главных чертах.

Достоевский создает собственный образ Пушкина, в который привносит очень много своего, личного, сокро­венного. Можно даже говорить о том, что на глазах у читателя возникает не­кая сдвоенная фигура Пушкина—До­стоевского: она говорит языком Пуш­кина—Достоевского и излагает мысли Пушкина—Достоевского. В наши вре­мена какой-нибудь поклонник Ильфа и Петрова, придумавших своего Тол-стоевского, мог бы, вероятно, на этот счет сострить в том же духе и назвать возникший писательский интеллек­туальный гибрид, ну, скажем, «Пушко-евским».

Но если говорить серьезно, то в очерке Достоевского действительно налицо мощный интеллектуальный синтез, соединение аналитических ресурсов двух проницательнейших русских гениев. На глазах у читателя рождается глубокая и прозорливая концепция экзистенциальной драмы русского гуманитарного сознания. Эта концепция обладает значитель­ным, по сути, неисчерпаемым эврис­тическим потенциалом, к которому мы по-настоящему еще и не подсту­пали.

Примечательно, что представлен­ный в очерке тип русского гумани­тарного сознания уже с самого на­чала оценивается Достоевским как «отрицательный тип». Почему? Отку­да этот оценочный негативизм отно­сительно культурной силы, внесшей наибольший вклад в духовное раз­витие страны и нации? Достоевский отвечает на это прямо и однозначно: данный тип невозможно считать по­ложительным, потому что он пора­жен опасной, заразной духовной бо­лезнью — безверием.

Писатель довольно искусно вы­страивает свою линию аргумента­ции. Выступая перед интеллиген­тной аудиторией, состоящей из писателей, профессоров, студентов, а затем предлагая эту речь вниманию образованной публики в виде очер­ка, он прекрасно понимает, что его слушатели и читатели — это в основ­ном секулярная аудитория, состо­ящая из людей, симпатизирующих атеизму, материализму, позитивизму, социализму, научному прогрессу. По­этому он не бьет никого наотмашь, не утверждает: «Вы утратили веру в Христа и потому достойны осужде­ния!» Он говорит преимущественно о неверии русских интеллектуалов в «родную почву», в «родные силы». Но не надо быть большим прозор­ливцем, чтобы не увидеть за слова­ми об этих частных формах неверия главную, общую для всех беду — не­верие в Бога.

Отпав от Бога, ухватившись за атеизм как за последнее слово про­свещенной Европы, люди становят­ся духовными скитальцами. Утратив компас, они либо растерянно топ­чутся на месте, либо бредут наугад среди сбивчивой, сутолочной жиз­ни русских интеллигентских сооб­ществ. Они блуждают между разбро­санными смыслами, разрозненными ценно стями, взаимоисключающими идеями, соблазнительными теория­ми, напоминая оторвавшиеся от сво­их корней и носящиеся по воздуху легковесные былинки. При этом сре­ди них есть и те, кто либо болезненно ощущает, либо ясно сознает духовную неосновательность своего положения и страдает от этого.

Но самое печальное состоит в том, что «отрицательный тип» духовного скитальца поселился в русской зем­ле скорее всего надолго и еще ох как не скоро исчезнет. Этот гордый «интеллигентный русский», несчаст­ный скиталец в своей родной земле явился с исторической неизбежно­стью и уже стал неотъемлемой при­надлежностью русской жизни. При всем своем самомнении он редко умеет облечь собственную тоску и томление в правильные слова и мыс­ли. Блуждая и томясь, он искренне страдает о недоступной правде, по­терянной кем-то и когда-то. Но в чем эта правда — он не знает и склонен ждать спасения от сил, преимущест­венно внешних, располагающих­ся где-нибудь в Европе, в странах с твердым строем и установившейся гражданской жизнью.

Достоевский выстраивает целую галерею русских скитальцев, пред­ставленных в литературе XIX века. И первыми у него оказываются Алеко и Онегин, в которых Пушкин с гени­альной прозорливостью вывел новый для России тип блуждающего созна­ния, несчастного в своей неприкаян­ности и бездомности. За Алеко и Оне­гиным выстраиваются следующие поколения блудных сыновей русско­го духовного мира — Печорины, Ру-дины, Лаврецкие, Оленины, Болкон­ские. К ним можно добавить героев и самого Достоевского, ушедших от Бога, да так и не вернувшихся из своих духовных блужданий, — подпольного господина, Раскольникова, Версило-ва, Степана Верховенского, Ставро-гина, Кириллова, Ивана Карамазова. Они существенно отличаются от сво­их предшественников трагическими изломами судеб.

Герои Пушкина, Лермонтова, Тур­генева, Толстого переживали экзис­тенциальные кризисы, но не ката­строфы. Они переживали духовные, нравственные падения, но последней черты не достигали. Они уходили да­леко от Бога, но в инфернальные без­дны не проваливались. Никто из них не брался за топор, не лез в петлю, не пускал себе пулю в лоб, не впадал ни в сумасшествие, ни в состояния скотского сладострастия или пре­ступного звероподобия. Они просто слонялись вдали от Бога, не догады­ваясь об истинных причинах своего все более усугубляющегося духовно­го нездоровья.

Достоевский заговорил о новых по­колениях русских скитальцев, успев­ших к его времени вырасти, повзрос­леть и выйти на широкую жизненную стезю, выдвинуться на историчес­кую сцену в качестве протагонистов. В них уже не было внешнего благо­образия их литературных предшес­твенников. Это были раздраженные, бесцеремонные богоборцы, готовые опрокинуть в преисподнюю весь мир. Их присутствие на социальном теле русского мира обозначилось «боль­ной язвой», все более расширяющей­ся и углубляющейся.

Три экзистенциальных разворота в истории русского гуманитарного сознания

Для того чтобы экзистенциальная тематика вошла в литературно-худо­жественное сознание и проблемати-зировала его творческую жизнь, не­обходимы были по меньшей мере два условия: во-первых, отчетливо ощу­щаемый внешний напор процесса се­куляризации и, во-вторых, осознание того, что ключевой антитезой внут­ренней жизни человека, исходным пунктом его духовного самоопре­деления является оппозиция веры-безверия. И это касалось не только индивидуального, но и культурно-ис­торического сознания, которое также вело свой духовный поиск. В этом по­иске усилия многих творческих лич­ностей соединялись в единый вектор духовной жизни симфонической личности всего народа.

В русском самосознании процесс экзистенциального самоопределе­ния нации приобрел затяжной ха­рактер и простерся в историческом времени от Пушкина и Чаадаева вплоть до наших дней. В этой куль­турно-исторической динамике про­сматриваются несколько важных, определяющих пунктов. Их значи­мость столь велика, что есть возмож­ность говорить если не о духовных революциях, то по меньшей мере о существенных экзистенциальных разворотах в русском гуманитар­ном сознании.

На протяжении двух последних столетий экзистенциальные вопросы, беспокоящие русское гуманитарного сознания, образовали три крупных, эпохально значимых проблемных комплекса. Если обозначить их в са­мом общем виде, то получится следу­ющая картина.

В XIX веке:

— поиск доказательств права чело­века на разрыв с Богом, права на отказ от абсолютных, безусловных смыс­ловых, ценностных и нормативных ориентиров;

— смена картины мира и начало перемещения гуманитарного созна­ния из одной символической вселен­ной в другую, а точнее — из беспре­дельной, теоцентричной Вселенной Бога в замкнутую, антропоцентрич-ную «галактику Гуттенберга»;

— повышенная активность гумани­тарного сознания за пределами хрис­тианства, его лихорадочный поиск миросозерцательных альтернатив и сугубо секулярных жизненных ори­ентиров;

— интеллектуальные апробации, этические экспертизы, гуманитар­ные проверки практической дей­ственности секулярных моделей мироотношения с использованием разнообразного художественного, философского, социологического, психологического, литературовед­ческого и прочего материала.

В ХХ веке:

— насильственное и почти полное искоренение из гуманитарного со­знания, сферы культуры, мира лите­ратуры всего, что хотя бы в малейшей степени напоминало о Боге, транс­цендентной реальности, абсолютных смыслах, ценностях и нормах;

— разработка набора идеологи­чески мотивированных жизненных программ и прикладных социальных стратегий, приспособленных к суще­ствованию человека в замкнутой, цен-зурно ограниченной символической галактике политизированных идео-логем коммунитарного характера;

— практическое насаждение сур­рогатных форм свободы, жизненных моделей секулярного толка, нацелен­ных на восполнение обнаружившего­ся дефицита жизненных смыслов.

В XXI веке:

—  расширение и углубление пони­мания того, что ни научное знание, ни государственная идеология не яв­ляются оптимальными средствами приближения гуманитарного созна­ния к истине, добру и красоте;

—  пробуждение интереса к транс­цендентной реальности и связанным с ней экзистенциалам, попытки на­чать восстановление в правах ранее отвергаемых теоцентрических кар­тин мира и культуры;

—  разработка миросозерцатель­ных стратегий по размыканию зам­кнутой «галактики Гуттенберга», по ее гуманитарному расширению до мас­штабов символической Вселенной Бога;

—  интеллектуальное движение в сторону гуманитарной реанимации классического принципа «Credo ut intelligam» («Верую, поскольку пони­маю»), а с ним и важнейших экзис-тенциалов, генетически связанных с миром библейско-христианских абсолютов; восстановление дефор­мированных смысловых и ценно­стных структур этих абсолютов, возвращение им прежних миросо­зерцательных функций.

Каждый раз, перед тем как гумани­тарному сознанию предстояло вы­двинуться на очередной духовный рубеж, этому выдвижению предшес­твовала серьезная подготовитель­ная работа. Ее проделывали крупные писатели, поэты, философы. Их фи­гуры оказывались на переднем крае со своими знаковыми текстами и представленными в них антропо­логическими и экзистенциальными типами, готовыми занять домини­рующее место в культуре предстоя­щего периода.

1Художником-мыслителем, запечат­левшим начало первого экзистенци­ального разворота в русском гумани­тарном сознании, можно считать Пушкина. Имен­но он изобразил в «Евге­нии Онегине» новый для русской культуры экзис­тенциальный тип духов­ного скитальца. Он ощу­тил первые симптомы начинающегося экзис­тенциального кризиса, грозящего русскому гу­манитарному сознанию большими бедами. Строго говоря, это был не столь­ко разворот, сколько зачин той ду­ховной траектории, того «русского пути», который художественно-фи­лософская мысль обнаружила перед собой, на который она встала, чтобы затем двигаться по нему на протяже­нии последующих столетий. Состоя­лось нечто вроде экзистенциального пробуждения русского духа. Оно за­ключалось в осознании чрезвычай­ной серьезности процессов, совер­шающихся в социокультурном мире. Внутреннее пространство встрепе­нувшегося духа осветилось пони­манием того, что необходима мо­билизация всех духовных сил, всех интеллектуальных ресурсов, чтобы справиться с натиском секуляризма, с усиливающимися порывами ветра перемен, становящимися все ощути­мее и резче.

Автором, предугадавшим и обоз­начившим неизбежность второго эк­зистенциального поворота в русском гуманитарном сознании, стал Досто­евский. В его текстах произошли сме­на антропологической доминанты и презентация нового экзистенциаль­но-антропологического типа. Русско­го духовного скитальца сменяет тип русского богоборца. Это был все тот же блудный сын и духовный скиталец. Но в отличие от своего предшествен­ника он выглядел уже не столь индиф­ферентным и безобидным, поскольку знаменовал приход исторической фазы открытого мятежа человека против Бога. Он занял радикальную, откровенно люциферическую и по­тому социально опасную позицию. Ему хотелось успеть выговориться еще до того момента, когда стихия гуманитарной аномии, общего безза­кония захлестнет окружающий мир и тот рухнет в провал геополитической катастрофы.

И наконец, если говорить о писа­телях, чье творчество можно было бы считать свидетельством готовящегося, третьего экзистенциального разво­рота, то здесь, увы, уже не наблюдает­ся таких крупных фигур, как Пушкин и Достоевский. Ту творческую работу духа, которую каждый из классиков-гениев мог когда-то проделать в оди­ночку, ныне, в условиях общего духов­ного оскудения нации, перемолотой, измельченной жерновами невидан­ных социальных катаклизмов, при­шлось совершать уже коллективными усилиями целых писательских когорт. В текстах таких, хотя и не гениальных, но очень талантливых авторов, как Венедикт Ерофеев, Александр Зиновь­ев, Виктор Пелевин и др., проступили черты нового экзистенциально-ант­ропологического типа — русского же-манфишиста1 (от фр. je m'en fiche), для которого все равно, которому в этой жизни по большому счету на все наплевать. Он пережил сокрушитель­ную экзистенциальную катастрофу, утратил все, что только можно было утратить, и превратился в жалкую ду­ховную развалину, ощущающую ги­бельную пустоту внутри себя.

Н. Я. Мандельштам писала в «Вос­поминаниях» о катастрофичности биографий своих современников и соотечественников, о том, что вре­мя не формировало их биографии, а расплющивало. Однако примеча­тельно, что большинству этих людей их собственное расплющенное, де­формированное мировоззрение и такие же расплющенные судьбы, как правило, не казались таковыми. На­против, многие были убеждены в ма­гистральной прямоте собственных жизненных путей, в цельности, твер­дости, монолитности, безупречной мировоззренческой выверенности своих жизненных позиций.

Причина подобного ослепления заключалась в том, что сознание, от­меченное штампом «сделано в СССР», потому и не замечало собственных деформаций, что в процессе его «рас­плющивания» непоправимо повреж­дались те его внутренние структуры, которые должны были отвечать за верность самооценок, точность са­моидентификаций, надежность оце­ночных критериев.

Каждый из трех исторических по­воротов означал эпохальный сдвиг в смысловых, ценностных и норма­тивных структурах гуманитарного сознания. Первый из них был вхож­дением этого сознания в самую ран­нюю фазу русского модерна — про-томодерн, второй — погружением в зрелый модерн, а третий знамено­вал расставание с модерном, начало его закатной фазы — постмодерна. При этом всех их связывает не толь­ко логика нарастания внутренней опустошенности и динамика пог­ружения в состояние гуманитарной аномии, но и общий для всех духов­ный итог, который нельзя назвать иначе, как всемирно-историческим экзистенциальнъм поражением русского духа.

Притча о блудном сыне и логика экзистенциального поражения

Пониманию истинной сути той экзистенциальной катастрофы, к которой русское гуманитарное со­знание постепенно приближалось на протяжении всего XIX века и ко­торую ему, несмотря на отчаянное сопротивление, все-таки пришлось пережить в ХХ столетии, может спо­собствовать обращение к евангель­ской притче Иисуса Христа о блуд­ном сыне.

В Евангелии от Луки Иисус го­ворит:

«У некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им име­ние. По прошествии немногих дней младший сын, собрав все, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил все, настал великий голод в той стране, и он начал нуж­даться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рож­ками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего из­быточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недосто­ин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите от­кормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропа­дал и нашелся. И начали веселиться. Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое? Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым. Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никог­да не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расто­чивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откор­мленного теленка. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое, а о том надобно было ра­доваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лук.15:11—32).

Для нас значимость изложенной притчи состоит в том, что она запе­чатлела жизненную коллизию со все­ми признаками настоящего архетипа. В ней сосредоточилась глубинная суть экзистенциального кризиса огром­ной силы и напряженности. Блудный сын — это универсальный экзистен­циальный тип духовного скитальца, потерявшего не только Бога, но и са­мого себя, вначале утратившего, а за­тем вновь обретшего собственную идентичность. И его притчевая безы-мянность лишь подтверждает архе-типическую природу евангельской истории и обозначенного в ней чело­веческого типа.

1В притче налицо два принципи­альных экзистенциальных выбора, совершенных младшим сыном: пер­вый связан с решением уйти от отца, а второй — с решением вернуться к отцу. В первом случае им движет буй­ное, дерзкое своеволие, во втором — натиск навалившихся испытаний го­лодом, страданиями, страхом гибели, отчаянием, а также жажда спасения и раскаяние. В начале притчи он ве­дет себя с безумной, бунтарской де­рзостью и наглым бесчувствием. Его не смущает то, что он требует своей доли наследства у живого отца, обра­щаясь с ним так, будто тот уже мертв. Намереваясь присвоить себе то, что ему пока еще не принадлежит, он по­ступает как беззаконник, нарушаю­щий божеские и человеческие зако­ны, переступающий нормы религии, морали и права.

Дальнейшие странствия младшего сына — это история его бесчинств, саморастраты себя как духовного су­щества, забвения всего того, что ког­да-то связывало его с отчим домом. В этих блужданиях его «я» обретает все больше внутренних изломов, изъ­янов, дефектов, пока не превращается в нечто совершенно неподобающее. Накануне своего возвращения это уже «живой труп», почти духовный мерт­вец (вспомним слова его отца: «он был мертв...»). В динамике самораспада он превратился в жертву настоящей ант­ропологической и экзистенциальной катастрофы, которая совершилась с ним по его собственной вине и оказа­лась заслуженным наказанием за его беспутство и бесчинства.

Парадигма скитальчества и теология культуры

То, что случилось с блудным сы­ном, — не первая экзистенциальная катастрофа, описанная в Библии. В сущности, весь библейский текст, начиная с рассказа о грехопадении прародителей, — это пространное повествование о всеобщем, всемир­но-историческом экзистенциальном кризисе, в который умудрилось пог­рузиться человечество, и который стал закономерным следствием пре­вратных проявлений людьми своей свободной воли. Осознавшие, что в их распоряжении имеется все, чтобы действовать, ни на кого не огляды­ваясь, они стали регулярно заявлять собственное своеволие и столь же регулярно впадать во всевозможные злоключения.

В Библии парадигма духовного скитальчества блудных сыновей и до­черей часто связана со скитаниями физическими, пространственными. При этом они окрашены, как прави­ло, в оценочные и нормативные тона заслуженных наказаний и даже про­клятий, посылаемых людям свыше за нарушения ими Божьих заповедей. Первыми библейскими скитальцами становятся Адам и Ева, ослушавши­еся Бога, выказавшие опрометчивое своеволие, изгнанные за это из рая и предоставленные самим себе. От них эстафета скитальчества перешла к их сыну Каину, который за совершенное им братоубийство стал «скитальцем на земле» (Быт. 4,12). В той же книге Бытие аналогичное наказание понес­ли и дерзкие строители Вавилонской башни, которых Бог наказал, рассеяв по земле и также сделав скитальцами (Быт.12, 8).

Похождения блудного сына — это демонстрация превратных форм существования и самоутверждения. Герой притчи полагал, что проявля­ет свою свободу, в то время как на самом деле выказывал своеволие. Он считал, что встал на путь личност­ной самореализации, но в действи­тельности покатился по наклонной личностного саморазрушения. Не пожелав пребывать под отцовским кровом и его же попечением, он очутился под игом темной власти демонических сил, которые стали направлять и контролировать его судьбу, пока не привели доброволь­ного отщепенца на моральное и со­циальное дно.

Логика его жизненных перемеще­ний оказалась логикой падения. Он начал падать с того момента, когда ощутил в себе демоническую силу противозаконного желания преждев­ременно завладеть наследством. Не пожелав погасить его, он продолжал падать до тех пор, пока не оказал­ся рядом со свиным корытом, среди грязных животных, сытости которых он стал завидовать.

История блудного сына сохраняет непреходящую значимость для всех времен и народов. В ее свете всякий вид духовного скитальчества, любая разновидность духовной неприка­янности и расхристанности выгля­дят как наказание за безверие, за богопротивное поведение, богобор­ческую деятельность. А это в свою очередь свидетельствует о действен­ности универсального нравствен­ного закона, запрещающего всякому человеку, без исключений, подобную деятельность. Этот закон существо­вал, существует и будет существовать до тех последних времен, когда «зем­ля и все дела на ней сгорят» (2 Пет. 3,10). И никому из людей не дано без­наказанно выскользнуть из-под его власти.

У притчи обнаруживаются не толь­ко глубочайшие библейско-теоло-гические и культурно-исторические корни, но и богатейший ресурс эк­зистенциальных смыслов. Кому-то может показаться, что блудный сын слишком легко выпал из состояния веры, а потом слишком легко вернул­ся в него. Но это не так. Вся коллизия предстанет не в столь облегченном виде, если учесть, что в обоих случаях не обошлось без вмешательства транс­цендентных сил. Поначалу блудного сына провоцировали, подталкивали к роковому выбору и беспутной жизни темные, инфернальные силы. Демо­нические структуры противозакон­ных соблазнов атаковали незрелое сознание, вклинивались в него до тех пор, пока им не удалось вытолкнуть юношу из состояния полудетской, не­зрелой веры в холод и пустоту безве­рия. Но затем после длинной череды злоключений Бог, знающий о несча­стьях и страданиях, обрушившихся на скитальца, внял его мольбам рас­каяния и, словно спасатель, отозвав­шийся на крик о помощи, пришел на выручку.

Самое важное в притче — это при­сутствие в ее содержании внутренней трансцендентности, задающей чело­веческому сознанию ориентацию на поиск таких форм жизнестроитель-ства, которые позволяли бы личности не существовать в разладе с Богом, в отрыве от Него, а искать единства с Ним. В ней присутствует прямое, недвусмысленное указание на то, что у каждого человека, оказавшегося вдали от Бога, имеется возможность вернуться к утерянному единству на любой стадии жизненного пути, в любой фазе экзистенциального кризиса.

Если говорить о том экзистенци­ального кризиса, в который русское гуманитарное сознание начало по­гружаться еще на заре эпохи модер­на, то притча как бы предуказывает возможный путь и желательную ло­гику разрешения этой затянувшейся духовной драмы. В ней, как в истин­ном архетипе, представлена не толь­ко исчерпывающая полнота сцена­рия экзистенциального катаклизма. Она содержит и экспозицию сопут­ствующих ему форм должного и не­должного, приемлемого и запретно­го, благословенного и отмеченного печатями проклятий. И самое глав­ное — она предлагает свободный выбор между этими двумя типами смыслов, ценностей и жизненных траекторий.

Русский гуманитарный текст как исповедь духовного скитальца

В сущности, все собрание смысло-жизненных исканий, которыми так богата русская литература, все пред­ставленные в ней истории экзистен­циальных блужданий, кризисов и катастроф — это множество различ­ных по форме, но сходных по сути переложений одного и того же эк­зистенциального сюжета из притчи о блудном сыне. И в этом есть что-то парадоксальное. Казалось бы, русское гуманитарное сознание XIX века с его преимущественно секулярными приоритетами было далеко от того, чтобы намеренно двигаться в русле какого бы то ни было из евангельских сценариев. Тем поразительнее об­наруживающиеся отдаленные пере­клички и явные, прямые совпадения многих художественно-философ­ских фигур русского литературного гипертекста с ценностно-норматив­ной структурой евангельской пара­болы.

И хотя во всех случаях авторская мысль движется в соответствии со своими, ей одной ведомыми творче­скими мотивами, но итоговая траек­тория ее движения оказывается поче­му-то такой же, как и в притче Христа. Смысловые линии и содержательные границы притчи предстают сораз­мерными жизненным судьбам самых разных русских скитальцев. Как будто какая-то высшая сила выводит их на эту параболическую экзистенциаль­ную траекторию, ни в малейшей сте­пени не насилуя при этом авторскую мысль и волю.

Получается почти как у Шекс­пира: евангельский архетип об­наруживает щедрость короля Лира — способность легко разда­вать своим дочерним текстовым, художественно-философ ским фор­мам все, что у него есть. Но, в отли­чие от шекспировского героя, он от этого не беднеет, а, напротив, демонстрирует неопровержимую действенность еще одного шекспи­ровского парадокса: «Чем больше отдаю, тем больше остается». Отто­го его смысловых богатств хватает всем — и Пушкину, и Достоевскому и еще очень многим после них и по­мимо них. Получается, что на глазах у всех происходит смычка челове­ческого с Божьим, подобная соче­танию внутренности замка с пред­назначенным для него ключом. В этом проявляется всепроникающая и необоримая сила евангельского откровения.

Притча Христа с ее универсальной смысловой природой, с ее всеохват-ностью экзистенциальной парадиг­мы изначально обладает той особой духовной силой, которая позволяет ее смыслам не просто перекликаться с множеством жизненных ситуаций и культурно-исторических сюжетов, но втягивать их в энергетическое поле евангельского откровения, выпрям­лять их капризные содержательные зигзаги в соответствии с экзистенци­альной траекторией, прочерченной Христом.

Чтобы увидеть и понять это, чело­веку необходимо «духовное зрение». Именно оно позволяет творческому «я» действовать не в режиме автоно­мии и самодостаточности, но с ис­пользованием ресурсов библейско-христианского духовного опыта. Та­ким зрением обладал Достоевский, который в собрании литературных историй о русских скитальцах уви­дел единую картину блужданий ате­истического сознания. Более того, он понял, что всех их объединяет экзистенциальная фигура евангель­ской параболы духовных блужданий человека, хотя и падшего, но в сво­ем падении еще не погибшего окон­чательно и бесповоротно. И пусть этот «великий грешник» пребыва­ет пока еще вдали от покинутой им отчей обители, но евангельское от­кровение прямо говорит о том, что возможность спасения для него не закрыта. 

В резонансе с богословием

1Притча о блудном сыне дает воз­можность взглянуть на русскую куль­туры эпохи модерна— постмодерна как на единый гуманитарный текст. Она же позволяет усмотреть в нем такой уровень осмысления экзистен­циально-богословских проблем, ко­торый ничуть не уступает уровню те­ологической рефлексии крупнейших религиозных мыслителей того же периода. В этом совокупном тексте, включающем большое разнообразие художественно-философских под­ходов, доминирует логика диастаза. Этим термином крупнейший бого­слов ХХ века Карл Барт обозначил эк­зистенциальную логику разрыва от­ношений между Богом и человеком. Данное понятие фиксирует негатив­ную динамику рокового «размыка­ния» их связи и, как нельзя лучше, со­ответствует смыслу притчи о блудном сыне.

Драма подобного «размыкания» обнаружила глубокий разлад между подлинными и неподлинными фор­мами человеческого существования. В том же ХХ веке этот разлад оказал­ся в центре теории другого крупного богослова современности — Рудоль­фа Бультмана. Он наглядно показал, что, в конце концов, этот человек может обрести способность вос­принять библейское провозвестие (керигму) как спасительное для него «непрямое сообщение», обращенное ко всем людям сразу и к нему лично.

С богословской точки зрения при­чина чрезвычайной распространен­ности той формы экзистенциаль­ного кризиса, который запечатлен в притче о блудном сыне, заключается в том, что притча — это не обычное слово, а Слово Божие, прозвучавшее из уст Христа, Сына Божьего. А это означает, что оно, прозвучав однаж­ды, уже не умолкает, звучит всегда и везде. Описанное им не отодвигается в прошлое, а продолжает пребывать и в настоящем, то есть происходит с многими людьми. Поэтому и выход из жизненного кризиса, указанный Христом, остается непреложной реальностью, открытой возможно­стью всегда, везде и для каждого. Об этом свойстве притчи писал Шарль Пеги в своем стихотворении «Врата, вводящие в таинство второй добро­детели»:


Это слово Иисуса попадаетв самую отдаленную цель, мое дитя. Оно оказалось самым успешным Во времени и вечности. Оно пробудило в сердце Даже и не скажешь, какой ответ. Не сравнимый ни с чем. Оно славится даже у нечестивцев. Даже там оно нашло для себя вход. Может быть, оно одно остается утвержденнымв сердце нечестивца, Как острие нежности. И еще Он сказал: у некоторого человекабыло два сына. Даже для того, кто слышит это в сотый раз, Все словно бы в первый раз. Словно бы он слышит в первый раз. У некоторого человека было два сына. Это слово прекрасно у Луки. Оно прекрасно везде. Оно есть только у Луки, но оно везде. Оно прекрасно на земле и на небе.Оно прекрасно везде. Стоит подумать о нем, и рыданиеподступает к гортани. Это то среди слов Иисуса, которое порождаетсамый сильный отзвук В мире.Которое получает самый глубокий отголосок В мире и в человеке. В сердце человека.В сердце верующего и неверующего3.То, что случилось с младшим сыном, происходит в той или иной степени практически с каждым человеком. Любой из людей в своей духовной жизни неоднократно уходит от Бога и возвращается к Нему. У каждого это совершается по-разному и в разных формах: у одних только в помыслах, у других еще и в поступках, у кого-то лишь в обыденной жизни, а у иных и в творчестве. Но суть всегда одна — в чередующихся уходах и возвратах. Одни уходят на мгновение и тут же возвращаются, другие оставляют Бога надолго, а третьи навсегда, чтобы уже не вернуться.Среди обладателей современного гуманитарного сознания есть много интеллектуалов, «всегда учащихся и никогда не могущих дойти до позна­ния истины» (2 Тим. 3,7). Это люди, ко­торые несут в себе архетип духовного странничества, пребывают в статусе скитальцев, пока еще не осознавших, от чего ушли, куда движутся и чем это для них чревато.Когда от Бога уходит человек, явля­ющийся философом или писателем, то он при этом уводит от Бога и свои идеи и образы. Они, как и их создате­ли, тоже отправляются в странствия, оказывающиеся, как правило, такими же блужданиями. В этих скитаниях идеи, отчужденные от Бога, ведут себя почти как люди — тоже безумствуют, блудят, производят на свет порочное потомство, дичают, чахнут и бесслав­но гибнут.Если евангельская притча о блуд­ном сыне — законченное повество­вание, то русская история блужданий гуманитарного сознания — откры­тый культурно-исторический сюжет, добравшийся лишь до середины пути. Герой этой, поныне длящейся исто­рии еще не вернулся под отчий кров и пребывает в духовном странствии. Он еще не пережил полномасштабной внутренней метанойи, его ум, душа, сердце не изменились, и потому он еще не пустился в обратный путь. Он еще может продолжать думать, что ос­тавленный им Бог «мертв», но притча ясно говорит: «Бог жив, а умерший — это ты. Но у тебя еще есть возмож­ность ожить, духовно воспрянуть. Не упусти ее».Впереди, в том будущем, которое уже сегодня называют постпостмо­дерном, нас, скорее всего, ожидает теологический поворот в гуманитар­ном знании, философии, литерату­ре. Одним из его предзнаменований можно считать то обстоятельство, что «великая новость», злая весть Ницше, объявившего, что «Бог умер», безна­дежно устарела, и ее вытесняет дру­гая, по-настоящему великая и благая весть о том, что Бог жив, что Христос воскрес. Отсюда рост интереса гума­нитарного сознания к темам, связан­ным с трансцендентной реальностью, с абсолютными смыслами, библей­скими ценностями, всем духовным опытом христианской культуры, то есть внимание ко всему тому, что уже не отдаляет, а приближает блудного сына к отчему дому. 

комментарии - 18836
Ana 14 августа 2013 г. 6:17:28

Dag nabbit good stuff you whssrepinapperp!

Pinknaman 15 августа 2013 г. 11:02:45

I like to party, not look artlcies up online. You made it happen. http://wsgzdlc.com [url=http://xxwdvmlcuxi.com]xxwdvmlcuxi[/url] [link=http://pvkxmg.com]pvkxmg[/link]

Sharon 27 августа 2013 г. 1:15:03

Taking the <a href="http://dpymni.com">oveevirw,</a> this post is first class

Evenimente 3 сентября 2013 г. 5:10:49

It's great to read something that's both enjoyable and provides pritaagmsdc solutions. http://cfcsebl.com [url=http://hclbvknwuz.com]hclbvknwuz[/url] [link=http://bqdrsjtc.com]bqdrsjtc[/link]

Aleksandr 11 ноября 2014 г. 11:52:06

Какая интересная статья! Спасибо, взглянул на многие вещи по-другому.

RocioXRuma 30 ноября 2016 г. 22:46:15

Hi! Where I can download the XRumer 12? This URL is not working - http://freecheapxrumer.com/ :(

MaryMJ 15 декабря 2016 г. 21:08:21

Hello! My name is MaryMarkova, our compane need to advertise on your website. What is your prices? Thank you. Best regards, Mary.

Anthonyapalm 10 января 2017 г. 13:12:37

Здравствуйте,предлагаю вам сервис по написаю статей,курсовых,сочинений и тд...для институтов,школ,академий:
[url=https://superbpaper.com/?cid=2181]free writing help online[/url]
[url=https://expertwriting.org/?cid=2181]best online paper writing service[/url]
[url=https://7essays.com/?cid=2181]psychology essay writing services[/url]

цены приемлемые,быстрая и качественная работа!
http://essayoneday.com/?cid=2181
http://superbpaper.com/?cid=2181
http://7essays.com/?cid=2181
http://power-essays.com/?cid=2181
http://expertwriting.org/?cid=2181

Robtgali 10 января 2017 г. 13:36:32

Acheter cialis 10mg sans ordonnance europe. manque de libido homme,
manque de libido chez l'homme,
equivalent viagra en pharmacie
.
Acheter clomid 100 mg [url=http://nomrxfr.unblog.fr/]Acheter clomid[/url] pour homme.prix viagra pharmacie [url=http://achatviagra12.lo.gs/]acheter viagra[/url],sildenafil prix en pharmacie.Acheter kamagra Sildenafil, Kamagra jelly en Belgique en ligne [url=http://franceimp.unblog.fr/]acheter kamagra[/url] livraison express. manque de libido chez l'homme,
augmenter libido femme,
medicament viagra pour homme,
como aumentar el apetito sexsual.
augmenter la libido homme,
.
cialis meilleur prix
cialis super active france
[url=http://menquestions.ru/articles/prodolzhitelnost-zhizni-muzhchin.html#comment-7331]Acheter sildenafil moins cher[/url]
[url=http://www.deependbmx.de/kontakt/#comment-35790]commander cialis 10mg livre[/url]
acheter tadalafil 20mg
.

KennethHag 10 января 2017 г. 17:04:53

#25359XFREDNFGR

[IMG]https://cs7062.vk.me/c635104/v635104798/f2d5/sLg8dAsMuaE.jpg[/IMG]
[url=http://44-smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://44-smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-kino.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-kino.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-voroniny.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-voroniny.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://2h2-smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://2h2-smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://molodezhka-smotret.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://molodezhka-smotret.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-tnt-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-tnt-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-vikingi.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-vikingi.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-frosta.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-frosta.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-matrica-1.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-matrica-1.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-svyty-4-shd.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-svyty-4-shd.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://stalingrad-smotret.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://stalingrad-smotret.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-onlajn.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url] [url=http://smotret-golovolomka.cs-portalchik.ru/sitemap.xml]http://smotret-golovolomka.cs-portalchik.ru/sitemap.xml[/url]

Aillamup 10 января 2017 г. 18:14:23

Доброе утро всем!

Хелп народ. Дайте ссыль на человеческий портал для загрузки [url=http://tege.programmms.ru/]дров на XP[/url].
Ищу редкие версии, на офф торрентах абсолютно ничего. Может есть приватная подборка?

Буду должен!

Brianpek 10 января 2017 г. 18:55:26

Здравствуйте,предлагаю вам сервис по написаю статей,курсовых,сочинений и тд...для институтов,школ,академий:
[url=https://superbpaper.com/?cid=2181]master thesis writer[/url]
[url=https://essayoneday.com/?cid=2181]can you buy a research paper[/url]
[url=https://expertwriting.org/?cid=2181]writing essay services[/url]

цены приемлемые,быстрая и качественная работа!
http://essayoneday.com/?cid=2181
http://superbpaper.com/?cid=2181
http://7essays.com/?cid=2181
http://power-essays.com/?cid=2181
http://expertwriting.org/?cid=2181

Richardvix 10 января 2017 г. 19:02:33

Добрый день, не принимайте это за спам и извините за беспокойство.
я предлагаю Вам возможность начать получать 121% прибыли каждый день
Для получения более подробной информации, перейдите сюда [url=https: //goo.gl/nSzmyJ]https://goo.gl/nSzmyJ[/url]

Charleshew 10 января 2017 г. 22:23:58

http://checkthis.com/9p59
Играть Онлайн Fashion Week
мод на игру гта сан андреас на вид от первого лица
http://checkthis.com/8ua1
Поиграть В Игру Мафия 2
коды на машины в гта сан андреас бесплатно
http://checkthis.com/70mb
Игры Лошадки Онлайн Играть Бесплатно

Правило Дорожного Движение Автолюбителя Поиграть

Chrisswila 10 января 2017 г. 22:31:06

Белухин Д.Н приговор разговор - астрологический прогноз на 2017 год .Кого ждет удача и финасовое благополучие в 2017 году как приговор Белухин Д.Н

anAddedbammot 10 января 2017 г. 22:45:25

[url=http://seo-leader.ru/category/razmeshhenie-statej-v-katalogax/]прогон по форумам[/url]
[url=http://seo-leader.ru/2017/poiskovoe-prodvizhenie-sajta-v-raxov-2/]прогон сайта по профилям[/url]

http://seo-leader.ru/2017/poiskovoe-prodvizhenie-sajta-v-makeevka-2/ - постинг на форумах
http://seo-leader.ru/category/sozdanie-i-razrabotka-sajtov/ - прогон сайта по трастовым сайтам

<a href=http://seo-leader.ru/page/3/>прогон сайта по трастовым сайтам</a>
<a href=http://seo-leader.ru/2017/poiskovoe-prodvizhenie-sajta-v-raxov-2/>регистрация в трастовых сайтах</a>

[url=http://radikal.ru][img]http://s019.radikal.ru/i625/1701/07/b45dc7970a9c.jpg[/img][/url]



=f=

Romaninjuh 11 января 2017 г. 2:53:09

Сегодня утром изучал данные сети, неожиданно к своему восторгу увидел лучший веб-сайт. Вот смотрите: [url=https://minotavr.shop/]лабиринт минотавра биз[/url] . Для меня данный ресурс оказал яркое впечатление. Всем пока!

Stasdroth 11 января 2017 г. 4:11:48

Некоторое время разглядывал данные сети интернет, неожиданно к своему удивлению увидел хороший вебсайт. Вот он: [url=https://chaplin24.com/]chaplin24 biz[/url] . Для моих близких этот вебсайт показался весьма привлекательным. Пока!

OscarHon 11 января 2017 г. 7:43:43

Изготовление светодиодных табло для спорта, бегущих строк, табло для АЗС. http://ledbelgorod.ru

Alikamup 11 января 2017 г. 9:51:47

Даровте!

Нуждаюсь в вашей помощи. Подскажите живой сайт для скачивания [url=http://arardana.win10-soft.ru/]драйверов на вебку[/url].
Интересуют первые версии, на официальных сайтах абсолютно ничего. Может есть личная сборка?
Что-то вроде на <a href="http://majar.filmogun.ru/]">драйвера на материнские платы</a>
За мной не заржавеет!

Мой комментарий
captcha